Струится лугами Воронка
разнеженно, гладко.
Красою – подросток-девчонка,
душою – солдатка.
И льнёт с состраданием женским
течение речки
к незримым дворам деревенским,
сгоревшим, как свечки.
И льнёт вроде жить и не грустно,
да очень устало
Воронки изрытое русло
стонать от металла.
Над этой речонкой несмелой
такое пылало,
что вся она лавой кипела
и пенилась ало.
И здесь, где воды по колено,
о нашу отвагу
расшиблись враги, как о стену,
и дальше – ни шагу.
Опору найдя в человеке,
в бою посуровев,
становятся малые реки
с великими вровень.
И в битве немыслимо долгой
по-разному громко
свершилось своё – наша Волга
и наша Воронка.