НАШЕМУ СОЛДАТУ

Стоит над Европой мертвецкий храп.
Военная вьюга, фугасная фуга.
К пробитому сердцу мертвого друга
Прижми свое, если зол и храбр…

Но мне не придется прочесть тебе
Гейне, гуляя по Унтер-ден-Линден*:
Из кожи и стали ношу цилиндр –
Замену голени и стопе.

Глупо меня подковало в бою,
Рано я выпустил парабеллум.
Так пусть же этот листочек белый
Сливает с твоею ярость мою!

Сколько моих нестреляных гильз
В артиллерийский сольются ропот,
Сколько неотомщенных могил
Гневную поступь твою торопят…

Так жги их! Чтоб ворон не обонял
Трупную падаль на ратном просторе.
Русский солдат! Полевой трибунал!
Регулировщик дорог истории!

* Один из главных бульваров Берлина.

1945
5.0/5 rating 1 vote

Другие произведения автора

Я прошел по стране...

Я прошел по стране
Той же самой дорогой прямою,
Как ходил по войне
С нашей армией 27-ю.

Я буду убит под Одессой...

Я буду убит под Одессой.
Вдруг волны меня отпоют.
А нет – за лиловой завесой
Ударят в два залпа салют…

Мы брали этот город над Днестром...

Мы брали этот город над Днестром,
Тут старая граница проходила.
Тут восемь чудищ – восемь дотов было.
Один теперь. Как память о былом.

Среди тостов всех велеречивых...

Среди тостов всех велеречивых,
Что поднять той ночью нам дано,
Я хотел бы выпить молчаливо
Новогоднее свое вино

НАС ХОРОНИЛА АРТИЛЛЕРИЯ

Нас хоронила артиллерия.
Сначала нас она убила.
Но, не гнушаясь лицемерия,
Теперь клялась, что нас любила.

СОРОК ПЕРВЫЙ ГОД

Как библейские звезды исхода,
Надо мною прибита всегда
Сорок первого вечного года
Несгорающая звезда.

Сейчас мои товарищи в Берлине пляшут линду...

Сейчас мои товарищи в Берлине пляшут линду.
Сидят мои товарищи в венгерских кабачках.
Но есть еще товарищи в вагонах инвалидных,
С шарнирными коленями и клюшками в руках.

Яндекс.Метрика