Дома помнят – останешься жив.
Невеселое утешенье.
Вот, над нами чуть покружив,
«Мессершмит» пошел на сниженье.
Охапка сена, простынь…
И ни обид, ни слез.
Подолом юбки пестрой
Рябит во сне покос.
Ходики над комодом
Бьют четыре часа.
Не иначе как медом
Склеены глаза.
В подушку, в теплые слюни
Тычется сонный рот.
Двадцать второе июня.
Сорок первый год.
22.06.1941