Старая Русса. Достоевский.* Бои.
Там полегли земляки мои.
Где-то под Курском лежит брат.
Теперь не спросишь, кто виноват.
В Америку съездить бы, что ли?
Давно я хотел побывать.
Но держит ведь русское поле,
Ругает обиженно мать.
«Зачем тебе эта чужбина?
Ты дома почаще бывай!
Три года не видела сына,
Заплесневел мой каравай.
Три года, я вся уж седая.
И ноги не носят меня.
Куда-то всю жизнь убегают
Кормильцы мои – сыновья.
Да зря я вас, что ли, рожала?
Зря грудью вскормила своей?!»
Замолкла. Слеза набежала.
От матери милой, ей-ей,
Он всё-таки взял и уехал –
Америка парню милей.
У каждого в жизни утеха,
Лишь нету утехи у ней.
А годика на три попозже –
Другая беда, пострашней:
В чужом и неведомом поле
Зарыли других сыновей.
И весточка горькая: «Сын ваш...»
А позже – другая, и вновь...
Ну что ж, позвала их Россия.
И не удержала любовь.
Рожала-рожала – осталась
Былиночкой хрупкой она.
Подруги – лишь слёзы да старость.
И страшное эхо: «Вой-на-а-а».
Быть может, есть матери лучше.
Но мне бы свою воскресить.
Пускай поворчит и научит,
Как жить.