Мы за церквушкой деревенскою,
У тихой рощи на краю
Хороним Лельку Воскресенскую,
Погибшую в ночном бою.
…И заснул я, охваченный дрёмой,
Снилась нива, светясь как луна,
Потому что подушку соломой
Мне в санбате набила война.
А вернулся живым – и над ухом
Пел петух сквозь видения сна,
Потому что подушку мне пухом
Сладко дева набила одна.
А когда с неземными руками
Кто-то в белом явился ко мне,
Он подушку набил облаками,
Чтоб по небу летал я во сне.