ПАМЯТИ ОТЦА

Сна наважденье, тягостный обман:
упорно языком шершавым, ватным
сугробы лижет мартовский туман,
как будто жёлтый сахар ноздреватый.

Слегка мездрой* шибающим сырцом
он хрумкает и чмокает от сласти.
А мы в сарае возимся с отцом –
рыбацкие перебираем снасти.

Он вяжет леску к удили́щам длинным –
уже опасным стал подлёдный лов –
лёд на стремнине туго выгнул спину
и отошёл от чёрных берегов.

А к берегам – едва спадёт вода –
сползутся греться старые коряги,
и буду я, гордясь, носить всегда
вслед за отцом бидончик с пескарями.

…Но как тот лёд, истаяли года.
И вот – лишь холмик над рекой на родине,
оградка, чёрный памятник, звезда.
Ещё там много будет половодий.

Отца не будет только. Никогда.

Подборка предоставлена автором.