Вас пули стригли не по росту,
Вы в штыковую шли, не зная,
Что из полка одна лишь рота
Пробьётся от Москвы до Мая.
Кружилось небо грозовое низко,
И дождь стучался день и ночь подряд
В подножье небольшого обелиска,
Стараясь достучаться до солдат.
Потом ветра для них зарю трубили,
Сверкал над полем журавлиный крик…
Студёным утром к братской той могиле
Пришёл седой, как в инее, старик.
Стоял старик, прикрыв глаза рукою,
На постамент котомку положив,
И над зачёркнутою им строкою
Звенело и рыдало слово «ЖИВ!».