ТАНЯ САВИЧЕВА

Из поэмы «Сердце и дневник»

На берегу Невы, в музейном зданье,
Хранится очень скромный дневничок.
Его писала Савичева Таня.
Он каждого пришедшего влечет.

Пред ним стоят сельчане, горожане,
От старца до наивного мальца.
И письменная сущность содержанья
Ошеломляет души и сердца.

Это – всем живущим в назиданье,
Чтобы каждый в суть явлений вник, –
Время возвышает образ Тани
И ее доподлинный дневник.

Над любыми в мире дневниками
Он восходит, как звезда, с руки.
И гласят о жизненном накале
Сорок две святых его строки.

В каждом слове – емкость телеграммы,
Глубь подтекста, ключ к людской судьбе,
Свет души, простой и многогранной,
И почти молчанье о себе…

Это смертный приговор убийцам
В тишине Нюрнбергского суда.
Это – боль, которая клубится.
Это – сердце, что летит сюда…

Время удлиняет расстоянья
Между всеми нами и тобой.
Встань пред миром, Савичева Таня,
Со своей немыслимой судьбой!

Пусть из поколенья в поколенье
Эстафетно шествует она,
Пусть живет, не ведая старенья,
И гласит про наши времена!

* Т.Н. Савичева (23.01.1930, Дворищи Лядского р-на Ленинградская обл. –
01.07.1944, Шатки Горьковской обл.) – школьница, которая с начала блокады Ленинграда начала вести дневник. Почти вся семья Тани погибла в период с декабря 1941 по май 1942 г. В ее дневнике девять страниц, на шести из которых – даты смерти близких людей: матери, бабушки, сестры, брата и двух дядей. Сама Таня умерла уже в эвакуации. Блокаду пережили только её старшие сестра Нина и брат Михаил, благодаря которым дневник
девочки уцелел и стал одним из символов Великой Отечественной войны.

5.0/5 rating 1 vote

Другие произведения автора

Где они, военные дороги?

Где они, военные дороги?
Отвечаем – пройдены в былом.
Громогласно подводя итоги,
Сели и пируем за столом.

ХОТЕЛОСЬ БЫ

Хотелось бы и мне назло обстрелам
Увидеть, как закончилась война,
Тебя найти на этом свете белом
И захмелеть от встречи и вина.

ОБРАТНЫЙ ПУТЬ

Гремит железо третьи сутки.
Вагоны ходят ходуном,
И вдруг смолкают смех и шутки…
«Друзья, Россия за окном!»

ШИПОВНИК

У пыльной военной дороги
Мы сделали краткий привал.
Горели усталые ноги,
В лощине ручей ворковал.

КНИЖКА ЗАПИСНАЯ

Стёршаяся книжка записная
С алфавитом адресных листов.
Вот листаю и почти не знаю:
С кем, как прежде, встретиться готов?

КОТЕЛОК

Обронил я во время похода
Котелок на одной из дорог.
Налетевшая сзади подвода
Исковеркала весь котелок.

Передний край, коварный и угрюмый...

Передний край, коварный и угрюмый,
Без жителей, без песен, без огней…
Он говорит: «Ты о Москве не думай».
А я молчу и думаю о ней.

ОТ ПЕРВОГО ЛИЦА

Тревога! В эту же минуту
Я вещевой мешок беру.
А он тяжелый почему-то,
И это явно не к добру.

Яндекс.Метрика