ВОРОНЬЯ ГОРА
Михаилу Дудину
Приду я сюда на рассвете,
чтоб горестный голос утих.
Под бруствером – мой
Земля моя, не говори,
какой ты завтра ждешь зари,
когда в твоем березняке
тихонько свистнут снегири.
Да, каждый день оставит след
и превратится в яркий свет,
и снова вычертит Земля
орбиты голубой браслет.
Опять под солнцем деревцо
завяжет новое кольцо,
и я, взглянув на сына вновь,
увижу вдруг свое лицо.
И я подумаю: ну вот,
настал теперь и твой черед.
Иди же, ленинец, вперед!
Мы шли в свои семнадцать лет
в войной расстрелянный рассвет,
где снег в крови, как партбилет
у тех, которых больше нет.