Мы с отцом ходить учились.
Я – впервой на ноги встав,
Он – полгода пролечившись
В полевых госпиталях.
По коридорищам немыслимым,
То в сейф упрятанный, то в стол,
Указ, Калининым подписанный,
Бойца в двухтысячном нашёл.
Покуда наводили справки
О месте жительства бойца,
Он стал полковником в отставке,
Да и прадедушкою стал.
Он снял мундир, в шкафу висевший,
Пронафталиненный насквозь,
Хоть от медалей было тесно,
Всё ж место ордену нашлось.
Сам военком, ровесник внука,
Смущённый миссией такой,
Жал правой старческую руку,
Держа реликвию в другой.
Когда газетный работяга
Спросил: «За что награждены?» –
Старик ответил: «Да за Прагу,
За бой уже после войны…»