Однажды ко мне пристала корова...

Мама, мама,
когда мы будем дома?
Когда мы увидим
наш дорогой плебейский двор

У нас был примус.
Бывало, только вспомнишь – он шумит.
Там
мама возится с кастрюлями

В подлом, бессовестном бою –
– Сдаешься? – Не сдаюсь! –
– Сдаешься? – Не сдаюсь!
Не охнув

Начало я проспал.
Рев, вопли, взрывы матерщины.
По улице, задрав –
столы, оглобли, выварки, узлы

Сейчас, не очень далеко от нас,
идет такое дикое кровопролитье,
что мы не смотрим друг другу в глаза.
У всех – геморроидальный цвет лица.

Осень-то, ёхсина мать,
как говаривал Ваня Батищев,
младший сержант,
родом из глухомани сибирской,

Как оживляешься,
когда вспоминаешь
(и через столько лет)
румынок или, там, славянок.

Сашка Попов, перед самой войной окончивший
Госуниверситет, и как раз 22 июня
зарегистрировавшийся с Люсей Лапидус, –
о ком же еще

Кто вы?
– Репатриированные вдовы.
Так едко я хотел съязвить о них,
но

Как я их всех люблю
(и их всех убьют).
Всех –
командиров рот

Я уеду, как приехал, –
тихий, строгий, неспокойный.
Мама спросит через месяц:
– Он уехал, твой знакомый?