На подшипниках осипших инвалид пылил по рынку:
Чем слышнее лязг медалей, тем страшнее тишина…
У него купил я клёши да кепчонку-шестиклинку
Из облезшего до ниток беспородного сукна.
Мне музыка хрипела о любви –
Была игла тупа или горбата…
Сдыхать во вшах противней, чем в крови
Залатанных палаток медсанбата.
В дыру гляделась ржавая звезда,
Дышал зрачок, то ширясь, то сужаясь…
Сквозь бязь рубахи натекла вода
Со льда, с огнем антоновым сражаясь.
Я смерти не страшился… не успел
С ней с глазу на глаз, с нею око в око.
А патефон всё о любви хрипел,
Чтоб помирать не слишком одиноко.
О медсестричка! Сдохну со стыда
Пред ангельской твоею белизною,
Когда из-под несвежего бинта
Окопная – с кулак величиною.
Мне музыка хрипела о любви…