На улице с булыжной мостовой,
Где только деревянные дворы,
Постукивает палочкой слепой,
От шумной удаляясь детворы.
По земле Украины, по снежной России
Пролегли фронтовые дороги отца,
Где в воронке глубокой остался Василий,
Тот, о ком вспоминает отец без конца.
Тот, кто пел на привале старинные песни,
Тот, кого не зачислят, не спишут в запас,
Фотография есть, вот сидят они вместе,
Не намного моложе сегодняшних нас.
Время птицею мчится, а фото хранится,
Да и память отца всё острей и острей,
И глядят на меня с фотографии лица
Разлучённых навеки войною друзей.
Наша память живёт, но становится тише,
Словно кто-то очнулся от вечного сна,
Он опять о Василии, друге погибшем,
И опять повторяет: «Воронка, война!»