ФАНТОМНЫЙ* СЛЕД

Баллада-быль

Памяти отца
Дмитрия Савельевича Свиридова,
воина-танкиста и партизана
Великой Отечественной войны

***
Надо вечность прожить
Между мраком и светом
Или выстрадать боль
Обнажёнными нервами,
Чтобы в мир
Беспристрастно смотреть
И при этом
Оставаться
Художником и поэтом…
Только, к счастью,
Бессмертие нам не дано;
Весь наш жизненный опыт –
Мгновенье одно.
***
Было это в начале лета.
Вечерело,
И дождь лил такой,
Что казалось,
Уже до рассвета
Мне не выбраться
Из мастерской…
Не держал
Слой оконной замазки
Натиск
Сырости и сквозняка,
И в пустое ведро
Из-под краски
Нудно
Капало с потолка.
Как нарочно,
Просились в дело
Загрунтованные холсты…
Но боролись
Душа и тело
С ощущением пустоты.
И промозглая мгла
Непогоды,
И светильников
Тусклый накал,
И неистовый дух
Несвободы
Утомили,
И я задремал…
***
Он явился
В дверном проёме,
Весь продрогший
И без зонта.
Всё в нём было
Неброским, кроме…
Кроме бляхи у живота.
Не сутул.
Выше среднего роста.
Подбородок
Небрежно брит.
И вошёл он
Легко и просто,
Как хозяин
Или бандит;
От плаща
Растекались лужи…
И, глаза протерев
Рукой,
Я услышал его:
«Ты… мне нужен!..
Ты не мог бы мне
Сделать такой…»
И наигранным жестом,
На взмахе,
Будто нёс он
Бесценный груз,
Пятернёй
Прикоснулся к бляхе
С тёмной надписью
«Gott mit uns!»1.
Выше надписи,
В центре прямо –
Тень орла
С головой Адама…
***
Я к реликвиям рейха
Любви не питаю.
Ничего не питаю,
Кроме
Чувства брезгливости,
И когда
На губах у людей
Замечаю
Трупный яд
Превосходства
И нетерпимости;
И когда истуканов
На щит поднимают,
Как живых поднимают,
А в сущности, трупов;
И когда
Не по мудрости выбирают,
А свой выбор находят
В зверином и грубом!
И как часто
Мятежному чувству
Нет выхода,
Даже слов не находится –
Пересказать,
Что́ душа успевает
Между вдохом и выдохом
В полной мере
Прочувствовать
И испытать.
***
Как немое кино
Из архивов
Военной хроники,
Где форматы отмеряны
Кровью спецкоров, –
Сокровенная тайна
Враждебной символики
Проступила наружу
Перед
Мысленным взором…
И не ровен мой пульс
Ни к врагу,
Ни к изменнику –
Память сердца
Не ведает давности лет…
Я глазами Пикассо
Увидел Гернику2,
Что когда-то была
И теперь уже нет…
Я увидел
Шрапнели осиные жала
На фрагментах сукна
От казённых шинелей,
Где крестили неверных
Огнём и металлом,
На песок измельчая
Монолит цитаделей;
Я увидел,
Как круто заваленный
«Фоккер» 3
На куски рассыпался,
Не закончив падения.
Как в прицелах
У глаз
Не хватало диоптрий,
И зрачки
Исчезали
От напряжения…
И неистовый хохот
И визги Валькирии4
Под
Восторженно-въедливый
Ритм Rosamund`ы5
Недоступным аккордом
Для земной эмпирии
Прозвучал
В интервале
Короче секунды…
А ещё…
Я увидел плацдарм
Под Смоленском,
Перекошенный танк
Под горящей скирдой,
Где отец мой
В воронке
От бомбы немецкой,
От ожогов
Спасал себя
Талой водой…
И багрово-оранжевый
След Люцифера6
Сквозь сернистую копоть
Кипящего ада,
Где на каждого
Мера страданья
Безмерна,
Где телесная боль –
Всё равно что награда…
И от воплей истошных
Был ад перегружен…
Только голос
Извне
Произнёс:
– Ты… мне нужен!..
…………………………………………………..
Но душа моя
Слышать его не хотела.
Надо было
Немедленно
Что-то сказать…
Я ответил ему:
– Не моё это дело –
Падших ангелов
Поднимать!
***
Он ушёл.
Из распахнутой двери
Мне послышалось
Чуть погодя,
Будто ангелы
В небе запели
В затихающем шуме
Дождя.

Печатается по журналу «Пять стихий», № 1 (14), 2015 (Горловка).

* Фантомная боль – ощущение боли в несуществующей после ампутации конечности.
1 «С нами Бог!» (Нем.)
2 «Ге́рника» была написана Пабло Пикассо в 1937 г. по заказу правительства Испанской Республики для павильона на Всемирной выставке в Париже. Тема картины, исполненной в манере кубизма и в чёрно-белой гамме, – бомбардировка Герники (город в провинции Бискайя), произошедшая незадолго до этого, а также ужас апрельской революции и гражданской войны в Испании.
3 Самолёт нидерландской авиастроительной компании Fokker.
4 Валькирия в скандинавской мифологии – дева-воительница, которая реет на крылатом коне над полем битвы и решает, кому из павших в бою попасть в небесный чертог.
5 Популярная во время Второй мировой войны мелодия была написана в 1927 г. чешским композитором Яромиром Вейводой. В 1934 г. немецкий поэт-песенник Клаус С. Рихтер написал для польки новые слова на немецком языке и назвал её Rosamunde.
6 Люцифер – синоним падшего ангела, отождествляемого с сатаной и дьяволом.