Антология "Война и мир"
Самое полное собрание стихотворений о Великой Отечественной войне
ВОЙНА И МИР. Антология: Великая Отечественная война (1941–1945) в русской поэзии XX–XXI вв.
НЕКОММЕРЧЕСКОЕ ИЗДАНИЕ
Издатель: ЛИТЕРАТУРНЫЙ ФОНД «ДОРОГА ЖИЗНИ» (президент Д.А. Мизгулин)
Идея Дмитрия Мизгулина.
Главный редактор Б.И. Лукин
Составители I-V кн. : Ю.П. Перминов и Б.И. Лукин.
Составитель VI-XV кн. : Б.И. Лукин.
В пятнадцати книгах.
«Война и мир» – фундаментальная антология русской поэзии в десяти книгах, посвященная подвигу народов многонационального Советского Союза в Великой Отечественной войне. В книги включены стихи, созданные не только
в 1941–1945 годах, но и в послевоенные десятилетия XX–XXI веков.
Данная мемориальная книга жизни народа, издающаяся в честь 70-летия Победы и памяти 75-летия начала войны, впервые столь полно представляет объединенное общей темой творчество поэтов различных поколений нашей страны.
Большинство представленных произведений давно стали классическими, многие дождались своего часа и также войдут в сокровищницу русской литературы.
В антологии впервые цельно прослежена работа трех поколений писателей, условно названных нами отцами, детьми и внуками. Тома составлены по возрастному принципу: в I–V книгах – творчество писателей, родившихся до 1927 года, в VI–VII – с 1927 по 1945 год, в VIII–IX – с 1946 по 1955 год, в X – после 1956 года. Для удобства поиска все авторы в каждой возрастной группе расположены по алфавиту. Неоспоримо историческое значение собранных в антологии произведений
участников боев и тружеников тыла, чьи строки сполна оплачены кровью, слезами и потом, детей войны, переживших грозное лихолетье, внуков, в чьи судьбы война вторглась лишь эхом, но грозным эхом генетической памяти.
Антология дополнена фотографиями поэтов и снабжена биографическими данными.
Павел Иванович Хемпетти (Пааво Юхан Хембетти) родился на советской территории в семье финнов, подданных СССР и проживавших недалеко от российско-финской границы. Во время Великой Отечественной мать погибла, отец затерялся на полях сражений, самого Павла бабушка увезла вглубь Финляндии, но после войны вышел указ – всех детей, выехавших или вывезенных с территории Советского Союза, вернуть. Павла привезли в СССР, и до 17 лет он жил под Уралом, в Сестрорецком
детском доме. В 1960 г. уехал в Сибирь на строительство Братской ГЭС и работал там на расчистке дна будущего моря. Потом жил в Иркутске, был сотрудником газет «Ангарские огни» и «Восточно-Сибирский путь». В Финляндии, как и во всех странах, где прокатилась война, искали потерявшихся детей. Поиск вели журналисты Ханн Холвас и Ерма Поута, плюс независимо – Тимо Лаксо. Павла к тому времени искал и его старший брат Виктор, курировал поиски журнал «Сеура». В 1990-е годы список потерявшихся детей дошёл до Иркутска. Павла Хемпетти там не было, но был похожий по созвучию Паоло Хембетти. Павла пригласили, побеседовали с ним, и всё сошлось – искали именно его. В 1990-е гг. из СССР массово уезжали немцы, греки, евреи, прибалты… Звали и Хемпетти. Съездил, посмотрел, был на приёме у премьер-министра. Вернувшись, сказал друзьям: «Пусть будет у меня две родины, как распорядилась судьба, – обе мне дороги. Там жили мои предки, тут живут сыновья», – и никуда не поехал.
Мне стало как-то не с руки
сидеть на печке.
А ну, давайте, рысаки,
рванём уздечки!
А ну, давайте, рысаки!
А ну, давайте,
натянем туже постромки
и рысью – к бате.
Пока ещё живёт, скрипит –
и слава богу, –
и мне с руки, и вам с копыт,
отцу в подмогу.
Мы долетим, домчимся вмиг
туда, где предок.
Он ни себя и ни других
вовек не предал.
Он за себя и за страну,
за всё, что свято,
ходил на грозную войну
простым солдатом.
Был трижды ранен
той войной,
сто раз контужен.
При всём при этом и такой
стране был нужен.
С войны пришёл –
хлеба косил,
по новой сеял.
И батарейки прежних сил,
конечно, сели…
Как дивно степь озарена,
как дом наш светел!..
– Ну как живётся, старина,
на этом свете?
– Да, я – на этом, не на том, –
отец смеётся. –
Пока что жив, а что потом –
уж как придётся…
Не «кучеряво» он живёт,
мой славный предок.
Он по субботам бражку пьёт,
квасок – по средам.
И по привычке по святой,
по нашей, русской,
он всё ещё живёт дугой
Орловско-Курской.
Утешив душу, да и плоть
отменной брагой,
он всё ещё фашистов бьёт
под Златой Прагой.
– Я их не всех ещё, не всех
за хлопцев павших…
И слёзы горькие сквозь смех
из глаз видавших
такие виды, боже мой,
такие страхи…
И что-то ворот стал тугой
моей рубахи…
– Ты чё? В обратный путь? Сиди,
не рушь застолье…
Гляжу, прибавилось седин,
морщин поболе.
А был-то батя, без прикрас,
орёл в полёте,
скакун гарцующий!
Сейчас…
Нет, не поймёте.
Нет, вороные, где уж вам,
когда б вы знали…
А брага, брага – по усам
и – на медали.
Нет, не понять вам, рысаки,
как тут ни силься…
А ну-ка, мигом, в постромки!
Всё, нагостился!..
Некоммерческий проект, созданный при поддержке литературного фонда "Дорога жизни" ВОЙНА И МИР. Антология: Великая Отечественная война (1941–1945) в русской поэзии XX–XXI вв. Идея Дмитрия Мизгулина. Руководитель проекта - Дмитрий Мизгулин. Редакторы-составители I-V кн.: Юрий Перминов и Борис Лукин Редактор-составитель VI-XV кн.: Борис Лукин. В пятнадцати книгах.