Антология "Война и мир"

Самое полное собрание стихотворений о Великой Отечественной войне

КАК УПАЛ ОН…

Как упал он, скошен пулей,
На последний снег весны,
Налетели – гули-гули –
Гуси белые, как сны.

На порог родимой хаты
Вышла мать в вечерний час:
«Гуси, гуси, гусенята,
Подождите... Я сейчас!»

Встрепенулись, и во мраке
Птичий голос задрожал,
И цвести остались маки
На снегу, где он лежал.

Унеслись, крылом касаясь
Белых облачных высот,
В край, где месяц, словно аист,
Золотые гнёзда вьёт.

Вышла мать в апрельский вечер,
В голубое серебро,
И упало ей на плечи
Белоснежное перо.

Пошатнулась, словно колос,
Тонет взгляд её вдали.
Молодые её косы
Белым цветом зацвели.

И никто за верболозом*
Не увидел в полночь ту,
Как упали вдовьи слёзы
На калиновом мосту.

Снова, снова стонут гуси
Над притихшею рекой...
У него был волос русый,
У сынов – точь-в-точь такой.

Всей семьёй собравшись в хате,
Хлопцы спрашивают мать:
«Отчего так на закате
Пламенеет снег опять?»

Помолчите вы, ребята,
Не будите её сны.
Он упал, упал когда-то
На последний снег весны.

Перевод Л. Смирнова

* Верболоз – то же, что ива, ракита.

 

0.0/5 оценка (0 голосов)

Другие произведения автора

БАЛЛАДА О ПЕРВОМ

Плугами последние блиндажи
Разравнивает Европа.
Лишь он, обнявши винтовку, лежит
На дне своего окопа.

  • ВОЙНА...ПОЭЗИЯ ВСЕРЪЁЗ

    Поэты, чьи произведения представлены в антологии, сказали свое слово не только о самой Великой Отечественной войне (1941–1945), но и о памяти этих событий в последующих поколениях. Они – люди разных возрастов и национальностей. Среди них те, чьи имена уже 70 лет связаны воедино со словом «война» на страницах учебников, и не менее значительные авторы, по воле судьбы оставшиеся на втором плане – так сказать, в тени славных товарищей.
    Показать многоголосье, разноплановость в творчестве не только внутри одного поколения, но и в исторической перспективе – вот одна из задач, которую мы попробовали решить, вдохновляясь словами А.Т. Твардовского:
    «Война всерьез, поэзия… всерьез».
    Три поколения русской поэзии… Мы условно назвали авторов отцами, детьми и внуками. Впервые их творчество собрано и представлено столь широко и полно, объединенное общей темой – Великой Отечественной войны и памяти о ней. Хотя правильнее будет сказать – темой войны и мира. Неразрывное единство этих противоположностей пытались осмыслить поэты, а мы – собрать под одной обложкой, чтобы современники и потомки никогда не забывали опыт своих героических, многострадальных предков, защитивших не только нас, живущих сегодня в России, но и все человечество от фашизма.
    Мы бы не справились с этой работой одни – без помощи наследников авторов, писателей-подвижников, краеведов, библиотекарей и многих-многих людей, неравнодушных к русской культуре и памяти народа-победителя.
    Низкий благодарственный поклон всем соратникам.
    Дмитрий Мизгулин, Борис Лукин
  • О КНИГАХ

    ВОЙНА И МИР. Антология: Великая Отечественная война (1941–1945) в русской поэзии XX–XXI вв.
    НЕКОММЕРЧЕСКОЕ ИЗДАНИЕ
    Издатель: ЛИТЕРАТУРНЫЙ ФОНД «ДОРОГА ЖИЗНИ» (президент Д.А. Мизгулин)
    Идея Дмитрия Мизгулина.
    Главный редактор Б.И. Лукин
    Составители I-V кн. : Ю.П. Перминов и Б.И. Лукин.
    Составитель VI-XV кн. : Б.И. Лукин.
    В пятнадцати книгах. 

    «Война и мир» – фундаментальная антология русской поэзии в десяти книгах, посвященная подвигу народов многонационального Советского Союза в Великой Отечественной войне. В книги включены стихи, созданные не только
    в 1941–1945 годах, но и в послевоенные десятилетия XX–XXI веков.
    Данная мемориальная книга жизни народа, издающаяся в честь 70-летия Победы и памяти 75-летия начала войны, впервые столь полно представляет объединенное общей темой творчество поэтов различных поколений нашей страны.
    Большинство представленных произведений давно стали классическими, многие дождались своего часа и также войдут в сокровищницу русской литературы.
    В антологии впервые цельно прослежена работа трех поколений писателей, условно названных нами отцами, детьми и внуками. Тома составлены по возрастному принципу: в I–V книгах – творчество писателей, родившихся до 1927 года, в VI–VII – с 1927 по 1945 год, в VIII–IX – с 1946 по 1955 год, в X – после 1956 года. Для удобства поиска все авторы в каждой возрастной группе расположены по алфавиту. Неоспоримо историческое значение собранных в антологии произведений
    участников боев и тружеников тыла, чьи строки сполна оплачены кровью, слезами и потом, детей войны, переживших грозное лихолетье, внуков, в чьи судьбы война вторглась лишь эхом, но грозным эхом генетической памяти.
    Антология дополнена фотографиями поэтов и снабжена биографическими данными.

 Климычев 
 Борис Николаевич

Климычев
Борис Николаевич

Борис Николаевич Климычев (01.06.1930, Томск – 14.09.2014, Томск) – поэт, прозаик. В начале 1943 г. его отец погиб на фронте, и 12-летнему школьнику пришлось совмещать учёбу с работой. В 1948 г. переехал с матерью в Караганду, где приобрёл специальность мастера буровых работ. После демобилизации из армии стал журналистом в газете «Комсомолец Туркменистана». Здесь подготовил первую книгу стихотворений – «Красные тюльпаны» (Ашхабад, 1958). В Томск вернулся в 1963 г., работал в газетах. Из девяти его стихотворных сборников четыре издано в Москве. Наибольшее признание получил как прозаик. Кроме 10 книг с отдельными произведениями, выпустил двухтомник,
составленный из романов «Маркиз де Томск», «Надену я чёрную
шляпу» и «Корона скифа».

Стихи
  • ВЕНЕРА
  • ЗЕРКАЛА
  • ЦИРК 1943 ГОДА
  • Ещё стояли дни как дни...

    Ещё стояли дни как дни,
    Осенние. И плыл
    Осенний сумрак, и огни
    Ночные город пил.

    Ещё привычно было так,
    Реально жить вполне,
    Но вот как будто кто-то знак
    Ей подал в тишине…

    Земля лежала перед ней,
    И шёл сквозь землю стон,
    Рождаясь где-то меж корней
    Деревьев, рос до крон.

    И стаей чёрных туч взлетал.
    И в чёрных тучах гас.
    Ей словно кто-то прошептал:
    – Иди, настал твой час.

    Она пошла на этот зов
    Вдоль ночи, вдоль земли.
    И сотни тысяч бед и зол
    Её к нему вели.

    Вдоль пашен выжженных хлебов,
    Меж скошенных берёз…
    Река текла меж берегов –
    Солёная от слёз.

    Трава, зелёная, как медь,
    И ржавые пески…
    Здесь до сих пор царила смерть
    Всем жизням вопреки.

    С каких же пор, с войны какой
    Вокруг земля мертва?
    И лишь у липы над рекой
    Живой была листва.

    Елена в этот цвет, как в свет,
    Как будто в храм, вошла.
    Вздохнула липа: «Столько лет
    Я здесь тебя ждала!

    И весь твой женский век и срок,
    Все сорок дней-веков,
    Здесь ждали пара лапотков
    И сто путей-дорог.

    Возьми плетёный поясок
    И мёда туесок…
    Путями вдоль и поперёк
    Изрезан шар земной.

    Иди, любая из дорог
    Сведёт тебя с войной…»
    Елена, светлый факел мой!
    Услышь тот зов, услышь!

    И ты наедине с войной
    Среди земли стоишь.
    Смотри, Непрядвы берега
    И Дон-река в крови.

    Козельск и Курская дуга…
    Там нет твоей любви?
    Смотри, безмолвная стена
    Тех, что пошли на бой

    И пали в день Бородина.
    Не там любимый твой?
    Погиб он в первую из войн,
    Что по земле прошла.

    И стал затем бессмертным он,
    Чтоб ты его ждала.
    Чтоб, вечной женщиной любим,
    Он в каждую из войн

    Смог снова встать, непобедим
    И мёртвый, и живой.
    Есть вечный путь, куда б ни шёл,
    Коль вечный слышишь зов.

    Есть память вечная и долг.
    Есть вечная любовь!
    Бессмертье в ней. И только в ней
    Мы – вечные – живём.

    Все муки Родины моей
    Мне сердце жгут огнём.
    Все слёзы и страданья вдов,
    И твой, Елена, путь –

    Всё это – вечная любовь.
    И ты бессмертной будь.
    Покуда будет на земле
    Святая литься кровь,

    Ты будешь факелом во мгле.
    Ты и твоя любовь.
    И чтобы факел тот сиял
    Сквозь стрел и копий дождь.

    Чтоб воин и погибший знал,
    Что ты его найдёшь.
    Елена… оглянись! Ковыль
    Так скорбен… Посмотри.

    Здесь воин спит. Седую пыль
    С чела его сотри…
    И зашумел ковыль, и гул
    Пошёл со всех сторон,

    Как шелест миллионов губ,
    Дыханий миллион…
    И в каждом вздохе – имя той,
    Кого при жизни звал,

    Ждал после смерти и звездой
    Спасительной считал
    Лежащий здесь, в земле степной,
    Где каждый бугорок

    Её, истерзанный войной,
    Быть чьим-то сердцем мог.
    Стонала, корчилась земля,
    И стёрся горизонт.

    – Сюда! Любимая моя… –
    Елена шла на зов.
    – Ты – Ольга? – Нет.
    – Наталья? – Нет. –

    И гаснут голоса…
    Идёт Елена сотни лет,
    А полю нет конца.
    Она вне времени уже,

    Как луч или звезда.
    Идёт по вспаханной меже,
    И нет за ней следа.
    И где-то ждёт её Олег,

    Не встречен, не забыт.
    И только липы белый снег,
    Нетающий, летит.
    Давно окончилась война,

    Что полземли сожгла…
    Недавно женщина одна
    Внезапно умерла.
    Средь мирных дел, средь мирных дней

    Под утро у окна.
    Кто знал её, что знал о ней?
    Что смерть её – война?

    Беседа критика Вячеслава ЛЮТОГО с главным редактором и составителем антологии «Война и мир» Борисом ЛУКИНЫМ
    Верно сказал Сергей Есенин: «Лицом к лицу лица не увидать. Большое видится на расстоянье». Может поэтому мне, живущему в Беларуси, показалось важным откликнуться на выход в России очередного тома антологии «Война и мир». Тем более что почти десять лет занимаются ей мои друзья-коллеги: автор идеи и президент Литературного фонда «Дорога жизни» Дмитрий Мизгулин и главный редактор-составитель антологии Борис Лукин.
    Яндекс.Метрика