Антология "Война и мир"

Самое полное собрание стихотворений о Великой Отечественной войне

РОДИНА СМОТРЕЛА НА МЕНЯ

Я в дом вошел. Темнело за окном,
Скрипели ставни, ветром дверь раскрыло –
Дом был оставлен, пусто было в нём,
Но всё о тех, кто жил здесь, говорило.

Валялся пестрый мусор на полу,
Мурлыкал кот на вспоротой подушке,
И разноцветной грудою в углу
Лежали мирно детские игрушки.

Там был верблюд, и выкрашенный слон,
И два утенка с длинными носами,
И дед-мороз – весь запылился он,
И кукла с чуть раскрытыми глазами,


И даже пушка с пробкою в стволе,
Свисток, что воздух оглашает звонко,
А рядом, в белой рамке, на столе
Стояла фотография ребенка.

Ребенок был с кудряшками как лен,
Из белой рамки, здесь, со мною рядом,
В мое лицо смотрел пытливо он
Своим спокойным, ясным взглядом.

А я стоял, молчание храня.
Скрипели ставни жалобно и тонко.
И Родина смотрела на меня
Глазами белокурого ребенка.

Зажав сурово автомат в руке,
Упрямым шагом вышел я из дома
Туда, где мост взрывали на реке
И где снаряды ухали знакомо.

Я шел в атаку, твердо шел туда,
Где непрерывно выстрелы звучали,
Чтоб на земле фашисты никогда
С игрушками детей не разлучали.

5.0/5 rating 1 vote

Другие произведения автора

ПИСЬМО ОТ ЖЕНЫ

Там, где яворы мирно дремали,
Тишиной и прохладой полны,
В незнакомом селе, на привале,
Получил я письмо от жены.

Я ПИШУ, ДОРОГАЯ, ТЕБЕ

Повезло нам сегодня с ночлегом –
Печка топится, лампа горит.
И подсолнух, засыпанный снегом,
Вдалеке на пригорке стоит.

Оставить комментарий

Вы комментируете как Гость.

  • ВОЙНА...ПОЭЗИЯ ВСЕРЪЁЗ

    Поэты, чьи произведения представлены в антологии, сказали свое слово не только о самой Великой Отечественной войне (1941–1945), но и о памяти этих событий в последующих поколениях. Они – люди разных возрастов и национальностей. Среди них те, чьи имена уже 70 лет связаны воедино со словом «война» на страницах учебников, и не менее значительные авторы, по воле судьбы оставшиеся на втором плане – так сказать, в тени славных товарищей.
    Показать многоголосье, разноплановость в творчестве не только внутри одного поколения, но и в исторической перспективе – вот одна из задач, которую мы попробовали решить, вдохновляясь словами А.Т. Твардовского:
    «Война всерьез, поэзия… всерьез».
    Три поколения русской поэзии… Мы условно назвали авторов отцами, детьми и внуками. Впервые их творчество собрано и представлено столь широко и полно, объединенное общей темой – Великой Отечественной войны и памяти о ней. Хотя правильнее будет сказать – темой войны и мира. Неразрывное единство этих противоположностей пытались осмыслить поэты, а мы – собрать под одной обложкой, чтобы современники и потомки никогда не забывали опыт своих героических, многострадальных предков, защитивших не только нас, живущих сегодня в России, но и все человечество от фашизма.
    Мы бы не справились с этой работой одни – без помощи наследников авторов, писателей-подвижников, краеведов, библиотекарей и многих-многих людей, неравнодушных к русской культуре и памяти народа-победителя.
    Низкий благодарственный поклон всем соратникам.
    Дмитрий Мизгулин, Борис Лукин
  • О КНИГАХ

    ВОЙНА И МИР. Антология: Великая Отечественная война (1941–1945) в русской поэзии XX–XXI вв.
    НЕКОММЕРЧЕСКОЕ ИЗДАНИЕ
    Издатель: ЛИТЕРАТУРНЫЙ ФОНД «ДОРОГА ЖИЗНИ» (президент Д.А. Мизгулин)
    Идея Дмитрия Мизгулина.
    Главный редактор Б.И. Лукин
    Составители I-V кн. : Ю.П. Перминов и Б.И. Лукин.
    Составитель VI-XV кн. : Б.И. Лукин.
    В пятнадцати книгах. 

    «Война и мир» – фундаментальная антология русской поэзии в десяти книгах, посвященная подвигу народов многонационального Советского Союза в Великой Отечественной войне. В книги включены стихи, созданные не только
    в 1941–1945 годах, но и в послевоенные десятилетия XX–XXI веков.
    Данная мемориальная книга жизни народа, издающаяся в честь 70-летия Победы и памяти 75-летия начала войны, впервые столь полно представляет объединенное общей темой творчество поэтов различных поколений нашей страны.
    Большинство представленных произведений давно стали классическими, многие дождались своего часа и также войдут в сокровищницу русской литературы.
    В антологии впервые цельно прослежена работа трех поколений писателей, условно названных нами отцами, детьми и внуками. Тома составлены по возрастному принципу: в I–V книгах – творчество писателей, родившихся до 1927 года, в VI–VII – с 1927 по 1945 год, в VIII–IX – с 1946 по 1955 год, в X – после 1956 года. Для удобства поиска все авторы в каждой возрастной группе расположены по алфавиту. Неоспоримо историческое значение собранных в антологии произведений
    участников боев и тружеников тыла, чьи строки сполна оплачены кровью, слезами и потом, детей войны, переживших грозное лихолетье, внуков, в чьи судьбы война вторглась лишь эхом, но грозным эхом генетической памяти.
    Антология дополнена фотографиями поэтов и снабжена биографическими данными.

 Репин 
 Михаил Иванович

Репин
Михаил Иванович

Михаил Иванович Репин родился в д. Полковое Тамбовского уезда. В 1938 г. поступил в Тамбовский медицинский техникум. В 1941 г. в неполных 18 лет добровольно ушел на фронт. В годы Великой Отечественной войны – военный фельдшер пехотных, танковых и артиллерийских подразделений. Его фронтовые дороги пролегли от Подмосковья до Берлина. Был трижды тяжело ранен и контужен. С войны вернулся инвалидом. Награжден орденами Красной Звезды и Отечественной войны I степени. С 1946 г. проживал в с. Горелое Тамбовского р-на, работал в Горельской больнице. Стихи начал писать в раннем детстве. В годы войны изредка публиковался в газете 12-й артиллерийской дивизии «Меткий артиллерист». С 1953 г. его стихи начали появляться в областных газетах, нередко звучали по областному и центральному радио. Автор очерков, воспоминаний о войне, поэтических сборников «Я люблю мою Россию», «Степные рассветы», «Осколки», произведений для детей. Умер в феврале 2000 г. Стихи
  • СНЯТСЯ ПО НОЧАМ
  • ФРОНТОВИК
  • ФРОНТОВЫЕ СТИХИ
  • POLACI

    Ах ты, не-мец-ы, чёрт шар-ша-вой,
    Не владеть те-бе Ар-ша-вой.
    Тётя Поля

    В соседней секции – девичье общежитие.
    Туда приходят гордые поляки.
    Рязань в сорок четвёртом – польский город
    (довольно польский и вполне студенческий:
    один пединститут – одни поляки).
    Так вот поляки в тех конфедератках*,
    которые рубил ещё Корчагин,
    приходят к девушкам с цветами и конфетками,
    и их разглядывает весь наш двор.
    Когда идут назад, мы их встречаем
    вопросом (и всегда одним и тем же):
    – Вы кто такие? – право, интересно,
    что за военные пришли сюда!
    Мы – это я (мне восемь лет), Андреич
    (резной, как терем, семьдесят минуло)
    и Лёвушка (ему пока тринадцать,
    и он пока ещё главней меня).
    – Поляки кобели! – считает Лёва.
    – Какие кобели? Да это н а ш и,
    Из Царства Польского! –
    вот мненье монархиста.
    Андреич – монархист. Он при царе
    пятнадцать лет служил в дворцовой страже
    (пятнадцать лет! – нешуточное дело)
    и век свой в мыслях доживает там,
    но скажешь – «монархист», он отвернётся.
    – Како-ое?.. Монархистов отменили!
    Монарха отменили! А уж нас-то…
    Считай, я нынче русский патриот.
    – А Царства Польского не существует, –
    продолжил разговор умнейший Лёва.
    – А-а! Отменили? Ну тогда не знаю,
    тогда, наверное, бунтовщики.
    Я думаю – р е в о л ю ц и о н е р ы.

    * Конфедера́тка – национальный польский головной убор с четырёхугольным верхом.
    Polaci не умеют нам ответить,
    лишь улыбаются нездешними глазами.
    И среди них есть маленький поручик
    в конфедератке, набекрень надетой,
    с ясновельможной панскою улыбкой,
    Михал Максимыч – так его зовут.
    Ну, я – к нему: пусть всё-таки ответит,
    кобель он, бунтовщик иль что другое.
    – Учитель русского, – сказал поручик, –
    по-польски я неверно говорю.
    Но в наше время говорить по-польски
    отваживаются бунтовщики,
    а может, революционеры, –
    такая, брат, у нас повестка дней.
    Давай-ка познакомимся поближе, –
    сказал он, почему-то оглянувшись. –
    Ты, вот что, приходи на ипподром
    четырнадцатого. Увидишь рубку.

    Четырнадцатого в туманный полдень
    из леса к ипподрому вышли трое:
    наш умный Лёва впереди рысил,
    мы с русским патриотом в арьергарде.
    А над трибунами плескались на ветру
    и польские, и наши флаги.
    И жёлтые оркестры по бумаге
    играли гимн. Какой – не разбери.
    Идёт соревнование в конкуре.
    Впервые и в последний раз в Рязани
    поляки соревнуются с ментами,
    поскольку нет других кавалеристов.
    Милиция – на спелых жеребцах,
    поляки – на зелёных росинантах.
    – Да это ж конница оруженосцев, –
    вещает Лёва тем же самым тоном,
    как говорил недавно «кобели».
    Мы с ним ценители не ах какие,
    но всё же видно, кто не взял барьер,
    кто повалил бревно, кто впёрся в стенку
    (городовые всё-таки получше:
    их выручает резвость скакунов).
    Андреич спит. Над пыльным ипподромом
    Звучит тангó «Малэ́нькая Манон».

    …Мы с Лёвушкой скучали так недолго.
    Бежит туман. Железные оркестры
    кричат рубить лозу. Восходит солнце,
    и просыпается наш патриот.
    Поляки скачут, рубят. И «подвысь»
    взлетают сабли. Маленький поручик
    всех поражает удальством – не силой.
    Летит лоза. «Ура, Михал Максимыч!»
    – Обрубок должен бы в песок втыкаться, –
    ворчит себе под нос смурной Андреич, –
    а это что же? Это баловство.
    Тут едут наши.
    – В стремени-то встань! –
    советует менту дворцовый стражник. –
    Да повод брось, да в руки – по клинку,
    чтоб мастера видать, да третий – в зубы.
    Они щас коням ухи обрубают…
    Но вот финал – менты посрамлены,
    и над трибунами меняют флаги.
    – Бунтовщики, а победили власть…
    Ну как же это так?.. – горюет стражник.

    Про бунт, однако же, ещё не всё.
    Когда поляки
    отдали шкетов коноводам и
    попересели в громкий «студебеккер»,
    у них зашевелились рты.
    – Кажись, поют! –
    сказал догадливый и умный Лёва.
    Оркестры смолкли. С ветром донеслось:
    «Помнят псы-атаманы,
    помнят польские паны
    конармейские наши клинки».
    И – видно – дирижировал поручик.
    Тут «студебеккеры» подняли пыль.
    – Вот это да! – успел промолвить Лёва.
    Мы больше во дворе не приставали
    к полякам – дескать, что вы за народ.
    Поручик две, а может, три недели
    не появлялся. На губе сидел.

    Конфедера́тка – национальный польский головной убор с четырёхугольным верхом.

    Новые комментарии

    Спасибо за публикацию. В 1979 году я встречалась с Владимиром Михайловичем,...

    Марина Жмутская Марина Жмутская 11. ноября, 2022 |

    Я очень люблю стихи Александра Люкина

    Нина Нина 31. октября, 2022 |

    К стыду своему,впервые читаю стихи этого автора.Какие они настоящие!

    Галина Галина 27. октября, 2022 |

    замечательный поэт.настоящий патриот.очень люблю его стихи.всегда читаю и храню.

    тамара тамара 27. октября, 2022 |

    Очень трогательно !!!!
    Очень красиво!!!
    Молодец папа.

    Надя фильштейн Надя фильштейн 29. сентября, 2022 |

    До слез!

    Оксана Оксана 27. сентября, 2022 |

    Но когда приблизилась к санбату
    Меченная свастикой броня,
    Ты на грохот бросилась с гранатой,
    Раненных собою заслоня.

    COM_ZOO_ANONYMOUS COM_ZOO_ANONYMOUS 17. сентября, 2022 |

    Кстати, дочь Александра Семёновича Татьяна (Танечка-плакса) живёт в Рязани и хранит не мало документов о творчестве отца.

    Екатерина Лактаева Екатерина Лактаева 15. сентября, 2022 |

    Очень рада! Ещё хотелось бы опубликовать сборник "Папины уроки". Он у нас...

    Екатерина Лактаева Екатерина Лактаева 15. сентября, 2022 |

    В личном деле Николая Николаевича Брауна, который всю войну служил в КБФ

    Ирина Ирина 08. сентября, 2022 |

    Беседа критика Вячеслава ЛЮТОГО с главным редактором и составителем антологии «Война и мир» Борисом ЛУКИНЫМ
    Верно сказал Сергей Есенин: «Лицом к лицу лица не увидать. Большое видится на расстоянье». Может поэтому мне, живущему в Беларуси, показалось важным откликнуться на выход в России очередного тома антологии «Война и мир». Тем более что почти десять лет занимаются ей мои друзья-коллеги: автор идеи и президент Литературного фонда «Дорога жизни» Дмитрий Мизгулин и главный редактор-составитель антологии Борис Лукин.
    Яндекс.Метрика