Собор Успенский под луной,
От времени заиндевелый.
Прекрасен Белозёрск зимой –
Как крепость снежная, он белый.
Антология "Война и мир"
Самое полное собрание стихотворений о Великой Отечественной войне
Стоит лишь оглянуться назад,
В опалённые дали России, –
Видишь строй поредевший солдат,
Их суровые лица простые…
Не они ль умирали за Русь,
Прикрывая собою высоты!..
Есть какая-то вечная грусть
В этом слове знакомом: «пехота»…
И трепещет, как знамя, закат,
И волнуются травы густые…
Это мужество павших солдат
Превращается в нежность России…
ВОЙНА И МИР. Антология: Великая Отечественная война (1941–1945) в русской поэзии XX–XXI вв.
НЕКОММЕРЧЕСКОЕ ИЗДАНИЕ
Издатель: ЛИТЕРАТУРНЫЙ ФОНД «ДОРОГА ЖИЗНИ» (президент Д.А. Мизгулин)
Идея Дмитрия Мизгулина.
Главный редактор Б.И. Лукин
Составители I-V кн. : Ю.П. Перминов и Б.И. Лукин.
Составитель VI-XV кн. : Б.И. Лукин.
В пятнадцати книгах.
«Война и мир» – фундаментальная антология русской поэзии в десяти книгах, посвященная подвигу народов многонационального Советского Союза в Великой Отечественной войне. В книги включены стихи, созданные не только
в 1941–1945 годах, но и в послевоенные десятилетия XX–XXI веков.
Данная мемориальная книга жизни народа, издающаяся в честь 70-летия Победы и памяти 75-летия начала войны, впервые столь полно представляет объединенное общей темой творчество поэтов различных поколений нашей страны.
Большинство представленных произведений давно стали классическими, многие дождались своего часа и также войдут в сокровищницу русской литературы.
В антологии впервые цельно прослежена работа трех поколений писателей, условно названных нами отцами, детьми и внуками. Тома составлены по возрастному принципу: в I–V книгах – творчество писателей, родившихся до 1927 года, в VI–VII – с 1927 по 1945 год, в VIII–IX – с 1946 по 1955 год, в X – после 1956 года. Для удобства поиска все авторы в каждой возрастной группе расположены по алфавиту. Неоспоримо историческое значение собранных в антологии произведений
участников боев и тружеников тыла, чьи строки сполна оплачены кровью, слезами и потом, детей войны, переживших грозное лихолетье, внуков, в чьи судьбы война вторглась лишь эхом, но грозным эхом генетической памяти.
Антология дополнена фотографиями поэтов и снабжена биографическими данными.
Александр Иннокентьевич Казанцев (21.11.1952, Зыряновск Восточно-Казахстанской обл. – 13.04.2007, Томск) – сын фронтовика. В 1975 г. окончил химико-технологический факультет Томского политехнического института, работал на кафедре радиационной химии. С 1993 г. – редактор литературного альманаха «Сибирские Афины». Руководил литературной студией средней школы № 14 Томска. Входил в состав редколлегии
журнала «День и ночь» (Красноярск). Автор поэтических сборников «Стиранные вьюгами поля» (1978), «Рассветное чувство» (1981), «Радость и тревога» (1984), «По закону сохранения любви» (1984), «Трудный возраст» (1987), «Из жизни дождя» (1991), «Адамово ребро» (1997), «Приворотное зелье» (1998), «Ласковая наглость» (2000), «Первый снег» (2002), «Поздний свет» (2005), «Между нами» (2006), а также книг прозы, произведений для детей, переводов. Покончил с собой. Посмертно опубликован его «Дневник сумасшедшего года» (2007), сборник стихов «История любви» (2009).
1
Не в этом ли сгустке – плоть сына ее? –
Мерещится матери сквозь забытье:
Так вот он, найденыш, родное дитя!
Вся в струнку, суставами глухо хрустя,
С отчаяньем, стынущим в звеньях глазниц,
Надрывней всех плакальщиц, всех вестовщиц,
Бруску, где сыновнее имя живет,
Последнюю почесть она воздает.
Она погребенью вот это предаст…
Храни его, дерна могильного пласт!
2
Ей это досталось, лишь ей, лишь одной –
Что делать с кирпичиком плоти родной?
В глазах – пустота, на губах – волдыри.
Весь день она шла, не приметив зари.
Всю ночь эту ношу сжимает в руках
И к небу подъемлет невиданный прах.
К земле она снова свой клонит зрачок,
И нет ни слезы на пергаменте щек.
И рот ее замкнут и нем, и суров –
Не вырвется ль сердце само из оков?
Весь мир ей теперь обойти предстоит…
В кирпичике мыла – лик сына сквозит!
3
Весь мир исходить предстоит им вдвоем…
– А если чужой ты, где мать мы найдем?
Не с неба ли ты? Не в земле ли ты рос? –
В бесслезных глазах – неуемный вопрос.
Но что ей до неба! Что ей до земли!
Вот марка, оценка и граммов нули…
Как собственность это к ней на дом пришло:
Сев на пол, покуда не станет светло,
Допрашивать будет находку свою
У грани судеб, у земли на краю!
Но детская зыбка сквозь мыло видна, –
Да, вот оно, то, что вскормила она!
4
Колышется зыбка, но горе не спит:
Рука испытующе прах теребит,
И взор, как стрела, устремляется в пол –
На что ж это там, в темноте, он набрел?
Два новеньких детских стоят башмачка.
Где ж ножки для них? Приведут ли сынка?
Колышется зыбка, но горе не спит:
Какие следы еще темень таит?
Как будто – шапчонка и мех пальтеца?
Не детские ль ручки коснулись лица?
Но – свет! И для бреда нет больше причин:
Да, мыльною щелочью стал ее сын!
5
Весь мир исходить предстоит им вдвоем…
– А если чужой ты, где мать мы найдем?
Не с неба ли ты? Не в земле ли ты рос? –
В бесслезных глазах – неуемный вопрос.
Она погребенью вот это предаст…
Храни его, дерна могильного пласт!
Ни пепла, ни тлена, ни звона костей?..
Кого ж похоронит? – неведомо ей.
Некоммерческий проект, созданный при поддержке литературного фонда "Дорога жизни" ВОЙНА И МИР. Антология: Великая Отечественная война (1941–1945) в русской поэзии XX–XXI вв. Идея Дмитрия Мизгулина. Руководитель проекта - Дмитрий Мизгулин. Редакторы-составители I-V кн.: Юрий Перминов и Борис Лукин Редактор-составитель VI-XV кн.: Борис Лукин. В пятнадцати книгах.