Антология "Война и мир"

Самое полное собрание стихотворений о Великой Отечественной войне

Июнь сорок первого года…

Июнь сорок первого года…
Нет, это ещё не война.
В соку сенокосном природа,
Под сенью лесов тишина.

Семейно собравшись все вместе,
И взрослые и детвора,
В полуторке нашей армейской
На вылазку едем с утра.

Набиты провизией сумки,
Играет оркестр духовой…
И восемь без малого суток
Ещё до черты роковой.

Мы весело едем, не зная,
Что через неделю нас ждёт,
Лишь знаем, что речка Лесная
В ольшанике звонко течёт,

Что след беловежского вепря
Теряется где-то в траве.
И шалости встречного ветра
Упругой под стать тетиве.

Ах, ветер, как сладок на вкус он,
Как песню разносит окрест!
Пестреет косынками кузов,
И трубами блещет оркестр.

И синее небо высоко,
И по борту ветки шуршат,
Пока кочковатым просёлком
Въезжаем мы в лес не спеша.

И память, сквозь годы просеяв,
Хранит средь событий иных
Последнее наше веселье
За несколько дней до войны.

Всё было: беда и победа,
Но после… А утром тогда
Мы счастливы были не ведать,
Какая грозит нам беда.

Ремень командирский, колечком
Свернувшись, лежит на песке.
Отца загорелые плечи
Азартно ныряют в реке.

Покамест он близко, покамест
Он виден сквозь брызг кутерьму,
Легко, глубины не пугаясь,
Плыву по теченью к нему.

С ним вместе выходим мы вскоре
На берег, едва отдышась,
За скользкие белые корни
Подмытых деревьев держась.

Мне трапеза кажется пиром,
Когда на поляне подряд
Ситро, бутерброды и пиво
Все весело пьют и едят.

Всё надо мальчишке, представьте.
Повсюду успеть я хочу –
И там, где танцуют, и там, где
Удары слышны по мячу.

И там, где треногу штатива
Наш клубный фотограф достал,
Чтоб запечатлеть, как красиво
Проводит досуг комсостав.

И семьи того комсостава,
Чья мирная жизнь сочтена…
Вот мама с сестрою, а справа
Комбат и комбата жена.

Себя под накидкой замаял
Фотограф, и нас на измор
Он взял. Ну, а после «снимаю!»
Сказал и нажал на затвор.

Но кто б мог подумать, обласкан
Прохладой июньской листвы,
Что снял он посмертную маску
Не с мёртвых людей, а с живых!

Что лишь приоткройте кассету –
И вырвутся из темноты
Все краски последнего лета
И лиц дорогие черты…

Ну что я знаю о войне...
Ну что я знаю о войне?!
Я не был на войне солдатом,
А вот сидит она во мне
С весны победной в сорок пятом.

Четыре года, день за днём...
Вся боль её и вся отвага,
Хоть под губительным огнём
Себя не поднимал в атаку.

Не мёрз в окопах и не мок,
И не месил упрямо глину
Кирзою стоптанных сапог
От Сталинграда до Берлина.

Но почему всю жизнь тогда
О ней пишу и вспоминаю,
Что я о ней, проклятой, знаю,
Чем с нею связан навсегда?

Я бы присвоить не посмел
Чужую боль, чужую славу,
Но этот горестный удел,
Но это тягостное право –

Быть кровно связанным с войной,
Вернее – с тем проклятьем крови,
Что в скорбной памяти надгробий
И в вечной памяти иной.

Солдаты гибли на фронтах
И помирали в лазарете,
А жёнам, матерям и детям
Хватало смертных мук и так.

В аду бомбёжек и блокад,
Как на передовой, по сути,
Война входила в наши судьбы,
Война пытала всех подряд.

Бредя дорогами войны,
Пацан подробней и детальней
Её увидел не с батальной,
А с повседневной стороны.

С той, где ловчат и предают,
На произвол судьбы бросают,
Где, жертвуя собой, спасают.
И хлеб последний отдают.

Ну что я знаю о войне?
Солдатом не был я, но, право,
Я знаю главное о ней.
Я знаю, как она кровава.

5.0/5 rating 1 vote

Другие произведения автора

МЕДАЛЬОН

Начинался день рассветом мутным...
Оставляя по утрам кювет,
Мальчуган, босой и бесприютный,
Шёл дорогой небывалых бед.

  • ВОЙНА...ПОЭЗИЯ ВСЕРЪЁЗ

    Поэты, чьи произведения представлены в антологии, сказали свое слово не только о самой Великой Отечественной войне (1941–1945), но и о памяти этих событий в последующих поколениях. Они – люди разных возрастов и национальностей. Среди них те, чьи имена уже 70 лет связаны воедино со словом «война» на страницах учебников, и не менее значительные авторы, по воле судьбы оставшиеся на втором плане – так сказать, в тени славных товарищей.
    Показать многоголосье, разноплановость в творчестве не только внутри одного поколения, но и в исторической перспективе – вот одна из задач, которую мы попробовали решить, вдохновляясь словами А.Т. Твардовского:
    «Война всерьез, поэзия… всерьез».
    Три поколения русской поэзии… Мы условно назвали авторов отцами, детьми и внуками. Впервые их творчество собрано и представлено столь широко и полно, объединенное общей темой – Великой Отечественной войны и памяти о ней. Хотя правильнее будет сказать – темой войны и мира. Неразрывное единство этих противоположностей пытались осмыслить поэты, а мы – собрать под одной обложкой, чтобы современники и потомки никогда не забывали опыт своих героических, многострадальных предков, защитивших не только нас, живущих сегодня в России, но и все человечество от фашизма.
    Мы бы не справились с этой работой одни – без помощи наследников авторов, писателей-подвижников, краеведов, библиотекарей и многих-многих людей, неравнодушных к русской культуре и памяти народа-победителя.
    Низкий благодарственный поклон всем соратникам.
    Дмитрий Мизгулин, Борис Лукин
  • О КНИГАХ

    ВОЙНА И МИР. Антология: Великая Отечественная война (1941–1945) в русской поэзии XX–XXI вв.
    НЕКОММЕРЧЕСКОЕ ИЗДАНИЕ
    Издатель: ЛИТЕРАТУРНЫЙ ФОНД «ДОРОГА ЖИЗНИ» (президент Д.А. Мизгулин)
    Идея Дмитрия Мизгулина.
    Главный редактор Б.И. Лукин
    Составители I-V кн. : Ю.П. Перминов и Б.И. Лукин.
    Составитель VI-XV кн. : Б.И. Лукин.
    В пятнадцати книгах. 

    «Война и мир» – фундаментальная антология русской поэзии в десяти книгах, посвященная подвигу народов многонационального Советского Союза в Великой Отечественной войне. В книги включены стихи, созданные не только
    в 1941–1945 годах, но и в послевоенные десятилетия XX–XXI веков.
    Данная мемориальная книга жизни народа, издающаяся в честь 70-летия Победы и памяти 75-летия начала войны, впервые столь полно представляет объединенное общей темой творчество поэтов различных поколений нашей страны.
    Большинство представленных произведений давно стали классическими, многие дождались своего часа и также войдут в сокровищницу русской литературы.
    В антологии впервые цельно прослежена работа трех поколений писателей, условно названных нами отцами, детьми и внуками. Тома составлены по возрастному принципу: в I–V книгах – творчество писателей, родившихся до 1927 года, в VI–VII – с 1927 по 1945 год, в VIII–IX – с 1946 по 1955 год, в X – после 1956 года. Для удобства поиска все авторы в каждой возрастной группе расположены по алфавиту. Неоспоримо историческое значение собранных в антологии произведений
    участников боев и тружеников тыла, чьи строки сполна оплачены кровью, слезами и потом, детей войны, переживших грозное лихолетье, внуков, в чьи судьбы война вторглась лишь эхом, но грозным эхом генетической памяти.
    Антология дополнена фотографиями поэтов и снабжена биографическими данными.

 Ипатова 
 Ольга (Вольга) Михайловна

Ипатова
Ольга (Вольга) Михайловна

Ольга (Вольга) Михайловна Ипатова родилась 01.01.1945 в пос. Мир Кореличского р-на Гродненской обл. Окончила Белорусский госуниверситет и аспирантуру Литературного института им. А.М. Горького. Работала в Гродненском обкоме комсомола, Гродненской областной студии телевидения, республиканских газетах, главным редактором литературно-драматических передач Белорусского телевидения, заведующей отделом и заместителем главного редактора журнала, еженедельника. Печатается с 1956 г. Выступает как критик, публицист,
переводчик произведений русских, украинских, литовских, узбекских и армянских писателей.

Стихи
  • НА ЭТОМ ПОЛЕ
  • ПРИ ШТУРМЕ КЁНИГСБЕРГА

    Была земля от бомб рябою,
    Был воздух рваный и рябой.
    И Кёнигсберг средь поля боя
    Кромешный ад являл собой.

    Как дико вырубленный бор.
    И лишь старинный кафедральный,
    Кренясь, стоял еще собор.

    Но в том огне, как в преисподней,
    Где всё сметал гремевший вал,
    И этот древний дом господний
    Последний срок свой доживал.

    Расселись стены старой кладки,
    И нам виднелись сквозь пролом
    В седой стене, как в щель палатки,
    Пе-2*, летевшие углом.

    Трубил архангел. И, как палка,
    С хоров сметенная огнем,
    Пробивши пол, торчала балка
    Наклонно перед алтарем.

    А тут же рядом, под стеною –
    От балки там какой-то шаг, –
    Под легкой крышей навесною
    Белел за домом саркофаг.

    На плитке, к небу обращенной,
    Гласила готики строка:
    Здесь Кант Иммануил, ученый,
    Обрел покой свой на века.

    И было странно убедиться
    Нам, чуть не весь прошедшим свет,
    Что есть еще и та гробница
    И что на ней царапин нет.

    Среди камней, огня и дыма,
    Что, как стена, вздымались ввысь,
    Тот вид ее необходимо
    Внушал несуетную мысль.

    О том – и в этом нету дива, –
    Что наша сила против зла
    Была страшна, но справедлива
    И вовсе не была слепа.

    * Советский пикирующий бомбардировщик времен Второй мировой войны.

    Беседа критика Вячеслава ЛЮТОГО с главным редактором и составителем антологии «Война и мир» Борисом ЛУКИНЫМ
    Верно сказал Сергей Есенин: «Лицом к лицу лица не увидать. Большое видится на расстоянье». Может поэтому мне, живущему в Беларуси, показалось важным откликнуться на выход в России очередного тома антологии «Война и мир». Тем более что почти десять лет занимаются ей мои друзья-коллеги: автор идеи и президент Литературного фонда «Дорога жизни» Дмитрий Мизгулин и главный редактор-составитель антологии Борис Лукин.
    Яндекс.Метрика