МЕДАЛЬОН
Начинался день рассветом мутным...
Оставляя по утрам кювет,
Мальчуган, босой и бесприютный,
Шёл дорогой небывалых бед.
Антология "Война и мир"
Самое полное собрание стихотворений о Великой Отечественной войне
Июнь сорок первого года…
Июнь сорок первого года…
Нет, это ещё не война.
В соку сенокосном природа,
Под сенью лесов тишина.
Семейно собравшись все вместе,
И взрослые и детвора,
В полуторке нашей армейской
На вылазку едем с утра.
Набиты провизией сумки,
Играет оркестр духовой…
И восемь без малого суток
Ещё до черты роковой.
Мы весело едем, не зная,
Что через неделю нас ждёт,
Лишь знаем, что речка Лесная
В ольшанике звонко течёт,
Что след беловежского вепря
Теряется где-то в траве.
И шалости встречного ветра
Упругой под стать тетиве.
Ах, ветер, как сладок на вкус он,
Как песню разносит окрест!
Пестреет косынками кузов,
И трубами блещет оркестр.
И синее небо высоко,
И по борту ветки шуршат,
Пока кочковатым просёлком
Въезжаем мы в лес не спеша.
И память, сквозь годы просеяв,
Хранит средь событий иных
Последнее наше веселье
За несколько дней до войны.
Всё было: беда и победа,
Но после… А утром тогда
Мы счастливы были не ведать,
Какая грозит нам беда.
Ремень командирский, колечком
Свернувшись, лежит на песке.
Отца загорелые плечи
Азартно ныряют в реке.
Покамест он близко, покамест
Он виден сквозь брызг кутерьму,
Легко, глубины не пугаясь,
Плыву по теченью к нему.
С ним вместе выходим мы вскоре
На берег, едва отдышась,
За скользкие белые корни
Подмытых деревьев держась.
Мне трапеза кажется пиром,
Когда на поляне подряд
Ситро, бутерброды и пиво
Все весело пьют и едят.
Всё надо мальчишке, представьте.
Повсюду успеть я хочу –
И там, где танцуют, и там, где
Удары слышны по мячу.
И там, где треногу штатива
Наш клубный фотограф достал,
Чтоб запечатлеть, как красиво
Проводит досуг комсостав.
И семьи того комсостава,
Чья мирная жизнь сочтена…
Вот мама с сестрою, а справа
Комбат и комбата жена.
Себя под накидкой замаял
Фотограф, и нас на измор
Он взял. Ну, а после «снимаю!»
Сказал и нажал на затвор.
Но кто б мог подумать, обласкан
Прохладой июньской листвы,
Что снял он посмертную маску
Не с мёртвых людей, а с живых!
Что лишь приоткройте кассету –
И вырвутся из темноты
Все краски последнего лета
И лиц дорогие черты…
Ну что я знаю о войне...
Ну что я знаю о войне?!
Я не был на войне солдатом,
А вот сидит она во мне
С весны победной в сорок пятом.
Четыре года, день за днём...
Вся боль её и вся отвага,
Хоть под губительным огнём
Себя не поднимал в атаку.
Не мёрз в окопах и не мок,
И не месил упрямо глину
Кирзою стоптанных сапог
От Сталинграда до Берлина.
Но почему всю жизнь тогда
О ней пишу и вспоминаю,
Что я о ней, проклятой, знаю,
Чем с нею связан навсегда?
Я бы присвоить не посмел
Чужую боль, чужую славу,
Но этот горестный удел,
Но это тягостное право –
Быть кровно связанным с войной,
Вернее – с тем проклятьем крови,
Что в скорбной памяти надгробий
И в вечной памяти иной.
Солдаты гибли на фронтах
И помирали в лазарете,
А жёнам, матерям и детям
Хватало смертных мук и так.
В аду бомбёжек и блокад,
Как на передовой, по сути,
Война входила в наши судьбы,
Война пытала всех подряд.
Бредя дорогами войны,
Пацан подробней и детальней
Её увидел не с батальной,
А с повседневной стороны.
С той, где ловчат и предают,
На произвол судьбы бросают,
Где, жертвуя собой, спасают.
И хлеб последний отдают.
Ну что я знаю о войне?
Солдатом не был я, но, право,
Я знаю главное о ней.
Я знаю, как она кровава.
-
ВОЙНА...ПОЭЗИЯ ВСЕРЪЁЗ
Поэты, чьи произведения представлены в антологии, сказали свое слово не только о самой Великой Отечественной войне (1941–1945), но и о памяти этих событий в последующих поколениях. Они – люди разных возрастов и национальностей. Среди них те, чьи имена уже 70 лет связаны воедино со словом «война» на страницах учебников, и не менее значительные авторы, по воле судьбы оставшиеся на втором плане – так сказать, в тени славных товарищей.
Показать многоголосье, разноплановость в творчестве не только внутри одного поколения, но и в исторической перспективе – вот одна из задач, которую мы попробовали решить, вдохновляясь словами А.Т. Твардовского:
«Война всерьез, поэзия… всерьез».
Три поколения русской поэзии… Мы условно назвали авторов отцами, детьми и внуками. Впервые их творчество собрано и представлено столь широко и полно, объединенное общей темой – Великой Отечественной войны и памяти о ней. Хотя правильнее будет сказать – темой войны и мира. Неразрывное единство этих противоположностей пытались осмыслить поэты, а мы – собрать под одной обложкой, чтобы современники и потомки никогда не забывали опыт своих героических, многострадальных предков, защитивших не только нас, живущих сегодня в России, но и все человечество от фашизма.
Мы бы не справились с этой работой одни – без помощи наследников авторов, писателей-подвижников, краеведов, библиотекарей и многих-многих людей, неравнодушных к русской культуре и памяти народа-победителя.
Низкий благодарственный поклон всем соратникам.Дмитрий Мизгулин, Борис Лукин
-
О КНИГАХ
ВОЙНА И МИР. Антология: Великая Отечественная война (1941–1945) в русской поэзии XX–XXI вв.
НЕКОММЕРЧЕСКОЕ ИЗДАНИЕ
Издатель: ЛИТЕРАТУРНЫЙ ФОНД «ДОРОГА ЖИЗНИ» (президент Д.А. Мизгулин)
Идея Дмитрия Мизгулина.
Главный редактор Б.И. Лукин
Составители I-V кн. : Ю.П. Перминов и Б.И. Лукин.
Составитель VI-XV кн. : Б.И. Лукин.
В пятнадцати книгах.«Война и мир» – фундаментальная антология русской поэзии в десяти книгах, посвященная подвигу народов многонационального Советского Союза в Великой Отечественной войне. В книги включены стихи, созданные не только
в 1941–1945 годах, но и в послевоенные десятилетия XX–XXI веков.
Данная мемориальная книга жизни народа, издающаяся в честь 70-летия Победы и памяти 75-летия начала войны, впервые столь полно представляет объединенное общей темой творчество поэтов различных поколений нашей страны.
Большинство представленных произведений давно стали классическими, многие дождались своего часа и также войдут в сокровищницу русской литературы.
В антологии впервые цельно прослежена работа трех поколений писателей, условно названных нами отцами, детьми и внуками. Тома составлены по возрастному принципу: в I–V книгах – творчество писателей, родившихся до 1927 года, в VI–VII – с 1927 по 1945 год, в VIII–IX – с 1946 по 1955 год, в X – после 1956 года. Для удобства поиска все авторы в каждой возрастной группе расположены по алфавиту. Неоспоримо историческое значение собранных в антологии произведений
участников боев и тружеников тыла, чьи строки сполна оплачены кровью, слезами и потом, детей войны, переживших грозное лихолетье, внуков, в чьи судьбы война вторглась лишь эхом, но грозным эхом генетической памяти.
Антология дополнена фотографиями поэтов и снабжена биографическими данными.
Халелецкий
Георгий Георгиевич
Георгий Георгиевич Халелецкий родился 08.03.1920 в Курске в семье служащего. Был корреспондентом курского областного отдела ТАСС, литсотрудником газеты «Свободный труд», комсомольским работником. 10 лет служил на Тихоокеанском флоте (1940–1950), первый год краснофлотцем-артиллеристом, а затем
журналистом флотской газеты «Боевая вахта». Был секретарем Приморского краевого отделения СП РСФСР (1950–1957). С 1957 г. – собкор «Литературной газеты», а с 1964 г. – еженедельника «Экономическая газета». Автор многих книг стихов и прозы. Скончался во Владивостоке 04.12.1977.
Ты провожала старый пароход...
Однажды пароход,
на котором служил Прокопий,
пришла провожать молоденькая девушка,
наверное, школьница…
С фронта он посылал ей письма,
но кто она, мы не знаем.
Из рассказа мамы
Ты провожала старый пароход,
и две трубы, окутанные дымом,
встревоженно гудели над любимым,
не обещая встречи через год.
Твоей любви конец или начало?
На берегу у шумного причала
толпились люди, провожая птиц
и вовсе никого не провожая.
Мелодия какая-то чужая
касалась ненароком юных лиц…
А в Венгрии сиял высокий март,
и завершалось злое лихолетье,
росла трава, и первые соцветья
весенний источали аромат.
Но плеск волны похожим был на стон…
Ты помнишь сорок пятый, Балатон?
Прогремело: «Фердинанд!»
Ход истории назад?
Пересмотр всех рас и карт?
К февралю вернётся март?
А на смену марту ад?
Ненавистный, чей «талант»
создал это – «Фердинанд»*?
Стал голос командира глуше – не разобрать,
всё ближе самоходных пушек чужая рать,
гульба чужого громовержца и мгла вокруг,
и только собственного сердца знакомый стук.
Оно стучит, как бы пророча победный марш,
стучит всё громче, громче, громче в последний март.
А «Фердинанд» идёт, распятьем тебе грозя,
и даже некому с проклятьем взглянуть в глаза.
Не подвела бы связка наших ручных гранат!
Взрыв – оглушительный и страшный! Сбит «Фердинанд».
Каким бы чудом очутиться в морях родных,
забыть о жуткой веренице зверей стальных,
забыть, как приходилось звёздам слетать с орбит,
и стать ещё хотя бы взрослым… Убит.
Багряный цвет на небе века,
багряный цвет в наряде венгра.
Судьбой и памятью одной
соединились той весной
волна его родного моря
с мадьярской** светлою волной.
* Немецкая тяжёлая самоходно-артиллерийская установка класса истребителей танков, использовавшаяся в период Второй мировой войны.
** Венгерской (мадьяры – самоназвание венгров).
11 ноября 2022
Статьи об антологии "Война и мир"
Беседа критика Вячеслава ЛЮТОГО с главным редактором и составителем антологии «Война и мир» Борисом ЛУКИНЫМ
2 сентября 2022
Статьи об антологии "Война и мир"
Верно сказал Сергей Есенин: «Лицом к лицу лица не увидать. Большое видится на расстоянье». Может поэтому мне, живущему в Беларуси, показалось важным откликнуться на выход в России очередного тома антологии «Война и мир». Тем более что почти десять лет занимаются ей мои друзья-коллеги: автор идеи и президент Литературного фонда «Дорога жизни» Дмитрий Мизгулин и главный редактор-составитель антологии Борис Лукин.
Некоммерческий проект, созданный при поддержке литературного фонда "Дорога жизни" ВОЙНА И МИР. Антология: Великая Отечественная война (1941–1945) в русской поэзии XX–XXI вв. Идея Дмитрия Мизгулина. Руководитель проекта - Дмитрий Мизгулин. Редакторы-составители I-V кн.: Юрий Перминов и Борис Лукин Редактор-составитель VI-XV кн.: Борис Лукин. В пятнадцати книгах.