Хотелось бы и мне назло обстрелам
Увидеть, как закончилась война,
Тебя найти на этом свете белом
И захмелеть от встречи и вина.
Антология "Война и мир"
Самое полное собрание стихотворений о Великой Отечественной войне
Передний край, коварный и угрюмый,
Без жителей, без песен, без огней…
Он говорит: «Ты о Москве не думай».
А я молчу и думаю о ней.
Она меня учила, поднимала.
Мне мало иногда по вечерам
Ловить ее из рупора. Мне мало
Замедленных, как письма, телеграмм.
Она моя! Она трудом досталась,
И потому она еще родней.
Я не в Москве, но сердце там осталось.
Вот почему я думаю о ней.
Как русский парень, как законный житель,
Как запевала, с песнею вдвоем,
Я должен быть участником событий,
Происходящих в городе моем.
Москва – мое могущество земное.
С ее высот грядущее видней.
Она со мной, она передо мною,
Я днем и ночью думаю о ней.
И вражьих пикировщиков орава,
И грохот бомб солдату нипочем,
Когда в груди живет и крепнет право
Любить Москву и зваться москвичом!
ВОЙНА И МИР. Антология: Великая Отечественная война (1941–1945) в русской поэзии XX–XXI вв.
НЕКОММЕРЧЕСКОЕ ИЗДАНИЕ
Издатель: ЛИТЕРАТУРНЫЙ ФОНД «ДОРОГА ЖИЗНИ» (президент Д.А. Мизгулин)
Идея Дмитрия Мизгулина.
Главный редактор Б.И. Лукин
Составители I-V кн. : Ю.П. Перминов и Б.И. Лукин.
Составитель VI-XV кн. : Б.И. Лукин.
В пятнадцати книгах.
«Война и мир» – фундаментальная антология русской поэзии в десяти книгах, посвященная подвигу народов многонационального Советского Союза в Великой Отечественной войне. В книги включены стихи, созданные не только
в 1941–1945 годах, но и в послевоенные десятилетия XX–XXI веков.
Данная мемориальная книга жизни народа, издающаяся в честь 70-летия Победы и памяти 75-летия начала войны, впервые столь полно представляет объединенное общей темой творчество поэтов различных поколений нашей страны.
Большинство представленных произведений давно стали классическими, многие дождались своего часа и также войдут в сокровищницу русской литературы.
В антологии впервые цельно прослежена работа трех поколений писателей, условно названных нами отцами, детьми и внуками. Тома составлены по возрастному принципу: в I–V книгах – творчество писателей, родившихся до 1927 года, в VI–VII – с 1927 по 1945 год, в VIII–IX – с 1946 по 1955 год, в X – после 1956 года. Для удобства поиска все авторы в каждой возрастной группе расположены по алфавиту. Неоспоримо историческое значение собранных в антологии произведений
участников боев и тружеников тыла, чьи строки сполна оплачены кровью, слезами и потом, детей войны, переживших грозное лихолетье, внуков, в чьи судьбы война вторглась лишь эхом, но грозным эхом генетической памяти.
Антология дополнена фотографиями поэтов и снабжена биографическими данными.
Марис Албертович Чаклайс (16.06.1940, г. Салдус, Латвия – 13.02.2003, Рига, Латвия) окончил историко-филологический факультет Латвийского университета. Более 20 лет проработал в рижских газетах и в издательстве «Лиесма». Первый сборник стихов на латышском языке – «Понедельник» (1965), затем были изданы «Пешеход и вечность» (1967), «Голос листка» (1969), «День травы» (1972), «Час пик» (1974), «Человек, вспаханная земля» (1976), «Огонь в ручье» (1978), «На моей лестнице» (1979), «Озеро часов» (1979), «Курземская тетрадь» (1982), «На расстоянии человеческого зова» (1984) и др., многие из них выходили в переводе на русский язык. Автор нескольких книг эссе и стихотворных книг для детей, а также книг на польском, английском, украинском, армянском, узбекском языках. Переводил на латышский язык стихи М. Цветаевой, В. Хлебникова, И. Анненского, Р.М. Рильке, Б. Брехта, П. Целана, М. Радноти, Н. Хикмета, Г. Эмина, П. Севака и других поэтов. Заслуженный деятель культуры Латвийской ССР.
СтихиВрач сказал:
– Кладите в середину.
Жаль сержанта, даже очень жаль!
Полз на четвереньках – и на мину,
Прямо на три усика, нажал.
И лежал он тихо-отрешённо,
Слеп и глух, и без обеих рук.
До крови прикушенные стоны.
Он молчал – и стыло всё вокруг.
Минули томительные сутки.
Мы ему кричали: – Не дури!
Если ночью нужно самокрутку,
Ты ори, пожалуйста, ори!
Он курил из наших рук махорку
И молчал. На третий день уже
Он спросил дежурившего Борьку:
– На каком мы, хлопцы, этаже?
А у Борьки правильные нервы,
Жилочка не дрогнет ни одна.
Он соврал спокойненько:
– На первом, я впритык у самого окна.
Так что прыгать будет бесполезно.
Этого я, кстати, не люблю.
Ты лежи, не рыпайся. Железно.
У меня бессонница. Не сплю.
Что мы знали? Прорывал блокаду
Около Синявинских болот.
Новичок. И сам из Ленинграда.
На войне уже четвёртый год.
Эх, сестра, беги-ка ты отсюда:
Белый лист плывёт из-под пера.
– Я читать-писать теперь не буду.
Я теперь неграмотный, сестра.
Два обрубка спят на одеяле,
В шапке Гиппократа голова.
Диктовал солдат какой-то Вале
С того света мёртвые слова.
Диктовал отжившими губами
То письмо – как на душу гора.
Со своими бабьими слезами
Убирайся к дьяволу, сестра!
Мы напишем сами, мы напишем,
Нам нельзя не верить, нет причин.
Где не надо слышать – не услышим,
Где молчать не надо – не смолчим.
Мы и сами сыты полной мерой,
Как и все – в пожарах и крови.
Не надеждой, страхом или верой –
Жизнью незапятнанной живи!
Ах, девчонки, вечно вы некстати
Подвернётесь под руку солдат!..
Мы лежали с ним в одной палате.
Это было много лет назад.
До сих пор тревоги не отстали,
Что его на страшном рубеже
Всё-таки друзья не удержали
У окна на пятом этаже.
Некоммерческий проект, созданный при поддержке литературного фонда "Дорога жизни" ВОЙНА И МИР. Антология: Великая Отечественная война (1941–1945) в русской поэзии XX–XXI вв. Идея Дмитрия Мизгулина. Руководитель проекта - Дмитрий Мизгулин. Редакторы-составители I-V кн.: Юрий Перминов и Борис Лукин Редактор-составитель VI-XV кн.: Борис Лукин. В пятнадцати книгах.