Антология "Война и мир"

Самое полное собрание стихотворений о Великой Отечественной войне

ШЕЛ НА ФРОНТ ЭШЕЛОН

К фронтовой полосе эшелон приближался.
В маскировке, в зеленом убранстве ветвей.
Мне при виде его давний Троицын день вспоминался,
Летний праздник деревни моей.

Свежесть, яркость листвы. Но в теплушке молчали солдаты
И, тревожно столпившись, смотрели в открытую дверь:
То разбитый вокзал пробежит перед ними куда-то,
Обгорелый, забытый теперь.

То одни только печи, где было когда-то селенье.
Гром глухой вдалеке. Запах гари сильней и сильней…
Шел зеленый состав. Были избы в таком украшенье
Где-то в праздничном детстве у этих суровых парней.

0.0/5 оценка (0 голосов)

Другие произведения автора

Ну вот и подрастают сыновья...

Ну вот и подрастают сыновья,
И сыновьям рассказываю я,
Как жил, как был когда-то на войне.
Сбылось всё то, о чем мечталось мне.

Горжусь своей долей, но если...

Горжусь своей долей, но если
Заглянете в душу мою,
Поймете – печальные песни
Недаром я часто пою.

Я шел с цветами. Было двадцать мне...

Я шел с цветами. Было двадцать мне.
Сданы зачеты. Не сидится дома.
По скверу, спотыкаясь, как во сне,
навстречу однокурсник шел знакомый.

О СТАРОЙ ПИЛОТКЕ

В сундуке, под нарядной своею обновой,
он пилотку нашел, мой сынишка бедовый,
Ту пилотку, в которой лет восемь назад
я домой возвратился – бывалый солдат.

Старый фронтовик не скажет: «Страшно было»...

Старый фронтовик не скажет: «Страшно было».
Скажет проще: «Было тяжело».
На войне изматывало силы
То, что в жизни повседневно шло.

ФРОНТОВИКИ

Почти старик, почти старик…
Проговорился: фронтовик.
И хоть совсем мне незнаком он,
Но поглядел я на него

  • ВОЙНА...ПОЭЗИЯ ВСЕРЪЁЗ

    Поэты, чьи произведения представлены в антологии, сказали свое слово не только о самой Великой Отечественной войне (1941–1945), но и о памяти этих событий в последующих поколениях. Они – люди разных возрастов и национальностей. Среди них те, чьи имена уже 70 лет связаны воедино со словом «война» на страницах учебников, и не менее значительные авторы, по воле судьбы оставшиеся на втором плане – так сказать, в тени славных товарищей.
    Показать многоголосье, разноплановость в творчестве не только внутри одного поколения, но и в исторической перспективе – вот одна из задач, которую мы попробовали решить, вдохновляясь словами А.Т. Твардовского:
    «Война всерьез, поэзия… всерьез».
    Три поколения русской поэзии… Мы условно назвали авторов отцами, детьми и внуками. Впервые их творчество собрано и представлено столь широко и полно, объединенное общей темой – Великой Отечественной войны и памяти о ней. Хотя правильнее будет сказать – темой войны и мира. Неразрывное единство этих противоположностей пытались осмыслить поэты, а мы – собрать под одной обложкой, чтобы современники и потомки никогда не забывали опыт своих героических, многострадальных предков, защитивших не только нас, живущих сегодня в России, но и все человечество от фашизма.
    Мы бы не справились с этой работой одни – без помощи наследников авторов, писателей-подвижников, краеведов, библиотекарей и многих-многих людей, неравнодушных к русской культуре и памяти народа-победителя.
    Низкий благодарственный поклон всем соратникам.
    Дмитрий Мизгулин, Борис Лукин
  • О КНИГАХ

    ВОЙНА И МИР. Антология: Великая Отечественная война (1941–1945) в русской поэзии XX–XXI вв.
    НЕКОММЕРЧЕСКОЕ ИЗДАНИЕ
    Издатель: ЛИТЕРАТУРНЫЙ ФОНД «ДОРОГА ЖИЗНИ» (президент Д.А. Мизгулин)
    Идея Дмитрия Мизгулина.
    Главный редактор Б.И. Лукин
    Составители I-V кн. : Ю.П. Перминов и Б.И. Лукин.
    Составитель VI-XV кн. : Б.И. Лукин.
    В пятнадцати книгах. 

    «Война и мир» – фундаментальная антология русской поэзии в десяти книгах, посвященная подвигу народов многонационального Советского Союза в Великой Отечественной войне. В книги включены стихи, созданные не только
    в 1941–1945 годах, но и в послевоенные десятилетия XX–XXI веков.
    Данная мемориальная книга жизни народа, издающаяся в честь 70-летия Победы и памяти 75-летия начала войны, впервые столь полно представляет объединенное общей темой творчество поэтов различных поколений нашей страны.
    Большинство представленных произведений давно стали классическими, многие дождались своего часа и также войдут в сокровищницу русской литературы.
    В антологии впервые цельно прослежена работа трех поколений писателей, условно названных нами отцами, детьми и внуками. Тома составлены по возрастному принципу: в I–V книгах – творчество писателей, родившихся до 1927 года, в VI–VII – с 1927 по 1945 год, в VIII–IX – с 1946 по 1955 год, в X – после 1956 года. Для удобства поиска все авторы в каждой возрастной группе расположены по алфавиту. Неоспоримо историческое значение собранных в антологии произведений
    участников боев и тружеников тыла, чьи строки сполна оплачены кровью, слезами и потом, детей войны, переживших грозное лихолетье, внуков, в чьи судьбы война вторглась лишь эхом, но грозным эхом генетической памяти.
    Антология дополнена фотографиями поэтов и снабжена биографическими данными.

 Кузнечихин 
 Сергей Данилович

Кузнечихин
Сергей Данилович

Сергей Данилович Кузнечихин родился 14.07.1946 в пос. Космынино Костромской обл. После окончания химфака Калининского политехнического института (1969) уехал в г. Свирск Иркутской обл. За 20 лет работы инженером-наладчиком изъездил всю Сибирь. С 1970 г. живёт в Красноярске, здесь же в 1979 г. опубликовал первый сборник стихов – «Жёсткий вагон» (а всего их на сегодняшний день восемь), первую книгу прозы – в Москве (издательство «Советский писатель») в 1990 г. Принимал активное участие в становлении журнала «День и ночь»
и поэтической серии «Поэты свинцового века». Автор многих
книг и публикаций в журналах, альманахах, антологиях. Отец до войны работал механиком по ремонту тракторов. На фронте был артиллеристом, старшиной, награждён двумя орденами Красной Звезды и медалями.

Стихи
  • БАРАК ВОЕННОЙ ПОРЫ
  • ДЕТСКИЕ ИГРЫ
  • ПАМЯТИ АЛЕКСАНДРА КРУГЛОВА
  • ПЯТЫЙ ОРДЕН
  • ЧТО Я ЗАПОМНИЛ
  • ДУМА О СТАЛИНЕ

    Что помню, то помню… В начале марта
    Там, где на стенке висела карта
    Европы в красных флажках побед,
    В чёрной тарелке на кухне нашей
    С утра зарыдали траурно марши…
    Отец, отодвинув тарелку с кашей,
    Сказал: – Это Сталина больше нет… –
    Тогда я ещё не дорос до парты,
    Букварь не читал, но победной карты
    Булавками проткнутые города
    Знал назубок, как сказку за сказкой…
    Бродил по Европе, подняв указкой
    Штык от винтовки, надвинув каску
    С вмятиной, крупною, как звезда.
    Дети Победы, мы знали твёрдо,
    Где – Сталинград, где – норвежские фьорды,
    Где – неширокий пролив Ла-Манш;
    С бою мы брали Берлин и Вену,

    С кружек отцовых сдувая пену
    В славной пивной, где обыкновенно
    И собирался посёлок наш.
    Дым от махры – топоры хоть вешай…
    Жёнка ругается: – Идол, леший, –
    Тащит бухого боцмана вон.
    – Цыц! – не сдаётся в лихой тельняшке
    Моряк с ногою из деревяшки,
    Но – оторвался от пьяной бражки,
    При абордаже взятый в полон…
    На гимнастёрках, звеня, медали
    Сталинским профилем щедро сверкали,
    Шрамы и боль честно прикрыв…
    Глазом без век, слезящимся, плача,
    Руки в перчатки чёрные пряча,
    Лётчик с лицом обгорело-незрячим
    Курит «Казбек», достоверно жив.
    А меж столов – мужикам по колено –
    Скользит на гремучих подшипниках Гена,
    Низок танкиста убогий плот.
    Ноги – под Прохоровкой в овраге,
    Мать – на погосте, отец – в ГУЛАГе…
    …Дни начиная с водки и браги,
    Прямою наводкой по горю бьёт…
    «Пьём за Победу! – стряхнув с колена
    Юнца с леденцом и окликнув: – Гена! –
    Отец ветерану плеснул в стакан, –
    Ни шагу назад, как велел нам Сталин!» –
    И все, кто сидели в застолье, – встали,
    Бои, как сводки, перелистали…
    …Лётчик над Ржевом шёл на таран...
    Сталина слава, Сталина слово
    Были крепки, как страны основа,
    Всюду – портреты, на каждом – он,
    Справа и слева – товарищ Сталин:
    Заботой его никто не оставлен,
    Взор его зорок, нервы из стали –
    Генералиссимус всех времён!
    Радость Победы! Она – дорогая!
    Словно трёхсменный оркестр играя,
    Гуд заводской не смолкал в городке.
    И пусть до Победы не каждый дожил,
    Смогли, врага одолели всё же!
    С младенчества силу победой множа,

    Мы при державном росли гудке!
    Завод знаменит был особой сталью,
    И трудовых орденов эмалью
    В праздник сверкал любой сталевар,
    И Николай – машинист сталевоза,
    И крановщица – татарка Роза,
    Что краснощёко цвела, как роза,
    Вдыхая мартеновский дым-угар.
    Как по ночам полыхала ало
    Заря от расплавленного металла!
    Салюты Победы каждую ночь:
    Бои фронтовые отгрохотали,
    Но ярый металл, освещая дали,
    Напоминал, как мы жару дали
    Врагам, из России прогнав их прочь!
    С Победой мы жили нерасторжимо,
    Питомцы «сталинского режима»,
    Отцами гордясь и родной страной.
    Ребята, не знали мы про ГУЛАГи,
    Когда в первомайских колоннах флаги
    Горя кумачово, как в поле – маки,
    С небесной игрались голубизной.
    …Дед мой и бабка были крестьяне,
    Их раскрестьянили… Гром не грянет –
    Русский мужик не вспомнит про крест.
    Был крест пятилеток сталинских тяжек…
    Но, жители свечек-многоэтажек,
    Кем бы вы были при власти вражей,
    Прорвись Адольф Гитлер до ваших мест?
    …Случилось так, что кумир повален…
    Из Мавзолея вынесен Сталин,
    Ленин остался в хрустальном сне.
    Сны коммунизма теперь далече,
    В моде разборки, кресты и свечи,
    Нищих рабочих поникли плечи…
    И буржуинство царит в стране.
    Где ж ты, держава? Союз распущен
    Пьяной братвой в Беловежской пуще –
    Русь разворована так легко!
    Дёшево ценят нынче рублёвки
    Блиц-господа с вилл на Рублёвке…
    Приватизировал по дешёвке
    Звёзды кремлёвские Dollar & Co.
    Мир мы спасли, а себя – не шибко.

    В чём же, держава, твоя ошибка?
    Может быть, знает о том Фидель*?
    Партпроходимцы и партподлизы
    Лезли наверх, чтоб, имея визы
    К капитализму поспеть в круизы,
    Шмоток набрать за пару недель!
    Власть прогнила с головы генсека,
    Чёртом отмеченного от века, –
    Меченый адом, продал страну,
    Иуда, за нобелевские обеды,
    Страну, что хранили отцы и деды.
    Сталин, бившийся до Победы,
    К стенке поставил бы сатану.
    Может быть, даже к стене в Берлине.
    Вот почему её нет отныне –
    Возле рейхстага легла в кювет,
    Через себя пропуская даром
    Сытых дельцов с их гнилым товаром,
    Ястребов НАТО с бомбоударом…
    Где Югославия? Больше нет.
    Сталин, который умер солдатом,
    Нам завещал укрощённый атом,
    И благородства пример живой:
    Сталин-отец, чья тяжка десница,
    Зная, как сыну тяжко томиться,
    Пленного не поменял на фрица:
    «Ровня ль: фельдмаршал и рядовой?»
    Сталину вровень Георгий Жуков**…
    Те ж, кто в тылу всю войну пропукав,
    В Победоносца бросали грязь,
    Видели: конь его белый строен,
    Неколебим богатырский воин,
    Нынче он в бронзе застыл, спокоен:
    Русской Победы могучий князь.
    Нашей России печальна повесть,
    Ушли в распродажу и честь, и совесть,
    Бомжем безродным стал пионер…
    Стать бы банкиром – да не пробиться,
    Вот и мечтает вдоволь напиться
    Воспоминаний чистой водицей
    Бывший «совок» из СССР…

    * Фиде́ль Ка́стро – кубинский революционер, государственный, политический и партийный деятель, руководивший Кубой с 1959 по 2008 г.

    ** Г.К. Жуков – советский полководец и государственный деятель. Маршал Советского
    Союза, четырежды Герой Советского Союза, кавалер двух орденов «Победа», шести орденов
    Ленина.

    Беседа критика Вячеслава ЛЮТОГО с главным редактором и составителем антологии «Война и мир» Борисом ЛУКИНЫМ
    Верно сказал Сергей Есенин: «Лицом к лицу лица не увидать. Большое видится на расстоянье». Может поэтому мне, живущему в Беларуси, показалось важным откликнуться на выход в России очередного тома антологии «Война и мир». Тем более что почти десять лет занимаются ей мои друзья-коллеги: автор идеи и президент Литературного фонда «Дорога жизни» Дмитрий Мизгулин и главный редактор-составитель антологии Борис Лукин.
    Яндекс.Метрика