У войны было горя много,
И никто никогда не сочтёт,
Сколько раз на своих дорогах
Оставляла война сирот.
Антология "Война и мир"
Самое полное собрание стихотворений о Великой Отечественной войне
Память, солдатская память –
Строгая доля мужчин…
К ней ничего не прибавить,
Кроме седин и морщин.
Трудная радость победы
В сердце солдатском жива.
Только в рассказах об этом
Память скупа на слова.
Память в мундире парадном
Редко приходит с войны.
Старым осколкам и шрамам
Мирные сны не даны.
Снова: «Гранаты по танку!»
Снова: «Ни шагу назад!»
Память не выйдет в отставку,
Ей не позволит солдат.
Так же, как все ветераны,
Страха не зная в бою,
Память слезу вытирала,
Молодость встретив свою.
К ней ничего не прибавить,
Кроме седин и морщин…
Память, солдатская память –
Строгая доля мужчин.
Музыка И. Кадомцева
ВОЙНА И МИР. Антология: Великая Отечественная война (1941–1945) в русской поэзии XX–XXI вв.
НЕКОММЕРЧЕСКОЕ ИЗДАНИЕ
Издатель: ЛИТЕРАТУРНЫЙ ФОНД «ДОРОГА ЖИЗНИ» (президент Д.А. Мизгулин)
Идея Дмитрия Мизгулина.
Главный редактор Б.И. Лукин
Составители I-V кн. : Ю.П. Перминов и Б.И. Лукин.
Составитель VI-XV кн. : Б.И. Лукин.
В пятнадцати книгах.
«Война и мир» – фундаментальная антология русской поэзии в десяти книгах, посвященная подвигу народов многонационального Советского Союза в Великой Отечественной войне. В книги включены стихи, созданные не только
в 1941–1945 годах, но и в послевоенные десятилетия XX–XXI веков.
Данная мемориальная книга жизни народа, издающаяся в честь 70-летия Победы и памяти 75-летия начала войны, впервые столь полно представляет объединенное общей темой творчество поэтов различных поколений нашей страны.
Большинство представленных произведений давно стали классическими, многие дождались своего часа и также войдут в сокровищницу русской литературы.
В антологии впервые цельно прослежена работа трех поколений писателей, условно названных нами отцами, детьми и внуками. Тома составлены по возрастному принципу: в I–V книгах – творчество писателей, родившихся до 1927 года, в VI–VII – с 1927 по 1945 год, в VIII–IX – с 1946 по 1955 год, в X – после 1956 года. Для удобства поиска все авторы в каждой возрастной группе расположены по алфавиту. Неоспоримо историческое значение собранных в антологии произведений
участников боев и тружеников тыла, чьи строки сполна оплачены кровью, слезами и потом, детей войны, переживших грозное лихолетье, внуков, в чьи судьбы война вторглась лишь эхом, но грозным эхом генетической памяти.
Антология дополнена фотографиями поэтов и снабжена биографическими данными.
Поэма
…Опять, озябнув у калитки,
Стоишь ты в шали продувной,
Как будто ждёшь ещё открытки
Со штампом почты полевой…
Владимир Цыбин
1.
Опалённые грозами
– Разве это дрова?!
Весь валежник гнилой! –
Горевала вдова,
Утираясь полой.
А лесник за спиной
Ей на то говорил:
– Фриц проклятый войной
Все леса разорил!..
Ты, Андреевна, всё ж
За дрова не серчай:
Нынче всем невтерпёж! –
И ругнулся сплеча.
– Прежде славился лес
Корабельной сосной –
Плыл от самых небес
Запах хвои хмельной.
А теперь, погляди, –
Мелкостой да гнильё!
А народу, поди,
Нужно строить жильё!..
Вот и сам я сную –
Ни кола, ни двора.
Дочь и жёнку мою
Извела немчура!
Чем измерить ту весть
На вселенских весах?..
Есть одно – только месть
На крови и слезах!..
Так кручинушку-жизнь
С горем я повенчал.
Ты же, Настя, держись!
На людей не серчай!
…Тут вздохнула вдова
Над чужою бедой,
Управляясь едва
С босоногой ордой.
Рядом шестеро их –
Ни обуток, ни дров, –
Только стало светлей
Ей от ласковых слов.
В одночасье вся жизнь
Перед Настей прошла.
…Вот он, Стёпушка, жив –
Золотая душа!..
Он у ней тракторист –
Хлебороб на земле.
Весельчак-гармонист
И опора в семье…
На вечёрках за ней
Кавалеры гурьбой.
Мил лишь Стёпушка ей:
Сердцу послан судьбой…
И она расцвела,
Знать, на радость ему
Шестерых родила –
Все один к одному.
…Но нежданно война
Постучалась ко всем –
И разверзлась земля
У Настасьиных стен…
Провожая мужей,
Бабы выли навзрыд.
…А Степана гармонь
От частушек горит.
2.
Частушки Степана
***
Гармонист-забава, сыпь,
Сыпь свои частушечки.
У мово милёнка сыпь
От седьмой четушечки*.
***
Мы в Германскую войну
Били немца-сатану,
Надавав пинков под зад,
Чтоб забыл наш адресат.
Раз туды его, сюды –
Не носи на Русь беды!..
***
У Бочурина Андрона
До чего ж жена ядрёна!
Слаще бабы, вот те крест,
Вряд ли сыщется окрест!
Как вино, игриста,
Хоть и норовиста…
***
Не целуй меня, не тронь,
Растопырив губы, –
Твоя жаркая ладонь
Не заменит шубы!..
……………………
59
…Ты, гармоника, постой
Говорить о похоти!
Слышишь, даже бабий вой
Задохнулся в хохоте?!
…Отложил Степан гармонь –
Голос смолк соловушки.
Нежно гладила ладонь
Настю по головушке…
Болью жгучей в мужиках
Клич взорвётся: «С т р о и т ь с я!»
И умчит в грузовиках
Русь святое воинство…
3.
Вдовья доля
Но уже через год –
Как войну ни моли –
Этот мирный народ
Похоронки ожгли.
…Сколько их принесло
Эхо грозное битв?!
Кто живой – повезло.
А Настасьин – убит…
…Но сельчане спасли
И её, и детей.
Пуд муки принесли,
Избу справили ей…
Навозили лозы,
Заготовили льна –
Состраданье людей
Не убила война…
Помогли всем селом
От кручины отвлечь –
И дохнула теплом
Снова Настина речь…
4.
Старший сын
Мир надеждою жил:
С горем сладил народ.
Настю вновь закружил
Жизни водоворот.
Завертелась она
От забот колесом.
На полях дотемна –
Лишь коротенький сон…
Дома детки одни –
Нужен тоже догляд.
Словно в клетке они –
Шесть бескрылых орлят.
Да ещё огород
Сколько вытянет жил,
Чтоб, случись недород,
Мор их не сторожил…
Всюду, Настя, успей:
Накормить, обстирать,
Ночью грядки полей –
Здесь когда горевать?!
…Старший – в память отцу –
Ей помочь норовит.
Девять только мальцу,
А уже башковит.
Поливальный насос
Смастерить ей сумел.
Сын заботливый рос
И Настасью жалел.
…Так один за другим
Десять минуло лет –
Столько ж впроголодь зим
И колхозных побед…
61
Шёл достаток в село:
Десять лет без войны –
И оно расцвело
Под крылом у страны.
…Жарким колосом ржи,
Терпким мёдом из сот
Вновь пьянил и кружил
Летний солнцеворот…
Насте близ сорока,
А всё тот же огонь:
И походка легка,
И душа, как гармонь.
…Жив Степан на земле:
В детях след от него.
Трое младших – в селе,
Два других – в ФЗО**.
Старший, Дмитрий, у ней –
Пограничник уже.
Первый из сыновей
На святом рубеже…
…Ранен здесь и Степан
Смертной пулей в пургу.
Кровь, как красный тюльпан,
Расцвела на снегу.
Молча он угасал,
Без истерик и слёз…
И к святым небесам
Ангел душу унёс.
…Не к добру вороньё
Насте снилось не раз:
Мил соколик её
Умирал в этот час.
…Строгий, в штампах, конверт
С жуткой вестью о нём
Ей вручил сельсовет
Зимним пасмурным днём.
В нём со скорбью людской
Извещали семью:
«Ваш Степан Чиверской
Пал геройски в бою…»
…Жизни ковш вековой
Залпом выпив до дна,
Вдовий плат горевой
Повязала она…
В дом их вторглась беда –
Каждый в страхе дрожал.
Митя с горя тогда
Чуть на фронт не сбежал…
Взяв с собой сухарей,
Спичек, соли запас,
Вспомнил он у дверей
Вдруг отцовский наказ:
«Враг силён и жесток –
Долго длиться войне.
Будь опорой, сынок!
Ты уж взрослый вполне!..
Маму, братьев храни,
Наш семейный очаг,
Чтоб, как в прежние дни,
В нём огонь не зачах!»
…И ладонью смахнув
Горечь зревшей слезы,
Сын поклялся –
В войну
Дом сберечь от грозы.
…Настя чтит и сейчас
Тот – за отдалью лет –
Горький клятвенный час
И сиротский портрет.
Печатается по антологии «Солдаты, встанем в тишине»
(Иркутск: «Репроцентр А1», 2019).
* Четушка («четушечка» – производное) – русская единица измерения объёма жидкости, равная 246 мл.
** Школы фабрично-заводского обучения – учебные заведения профессионально-технического образования в СССР.
Некоммерческий проект, созданный при поддержке литературного фонда "Дорога жизни" ВОЙНА И МИР. Антология: Великая Отечественная война (1941–1945) в русской поэзии XX–XXI вв. Идея Дмитрия Мизгулина. Руководитель проекта - Дмитрий Мизгулин. Редакторы-составители I-V кн.: Юрий Перминов и Борис Лукин Редактор-составитель VI-XV кн.: Борис Лукин. В пятнадцати книгах.