Антология "Война и мир"

Самое полное собрание стихотворений о Великой Отечественной войне

В мире сталь опять подорожала...

В мире сталь опять подорожала,
На уран повысилась цена,
Какова ж цена того металла,
Что в планету вогнала война?
Сколько стоит спёкшаяся с глиной,
Жгучая железная руда,
Та, что от Москвы и до Берлина
Залегла навечно, навсегда?..
Залегла от рокового года
До безумно-бесконечных дней
Самая железная порода
Русых, рыжих… и седых парней…

5.0/5 оценка (2 голосов)

Другие произведения автора

ТАНК

Он замер, как перед атакой, –
Настолько память в нём жива!
Уже тяжёлой тенью танка
Подмята впереди трава.

ХАТА

Хата солдатская вышла
На перепутье дорог,
Кутаясь в серую крышу,
Будто бы в старый платок.

Вас пули стригли не по росту...

Вас пули стригли не по росту,
Вы в штыковую шли, не зная,
Что из полка одна лишь рота
Пробьётся от Москвы до Мая.

ПОБЕДИТЕЛЬ

Кружилось небо грозовое низко,
И дождь стучался день и ночь подряд
В подножье небольшого обелиска,
Стараясь достучаться до солдат.

ВОЗВРАЩЕНИЕ

И откуда он взялся, не знаю.
Видел я его в чайной не раз.
Он туда заходил не за чаем,
Заходил в предобеденный час.

  • ВОЙНА...ПОЭЗИЯ ВСЕРЪЁЗ

    Поэты, чьи произведения представлены в антологии, сказали свое слово не только о самой Великой Отечественной войне (1941–1945), но и о памяти этих событий в последующих поколениях. Они – люди разных возрастов и национальностей. Среди них те, чьи имена уже 70 лет связаны воедино со словом «война» на страницах учебников, и не менее значительные авторы, по воле судьбы оставшиеся на втором плане – так сказать, в тени славных товарищей.
    Показать многоголосье, разноплановость в творчестве не только внутри одного поколения, но и в исторической перспективе – вот одна из задач, которую мы попробовали решить, вдохновляясь словами А.Т. Твардовского:
    «Война всерьез, поэзия… всерьез».
    Три поколения русской поэзии… Мы условно назвали авторов отцами, детьми и внуками. Впервые их творчество собрано и представлено столь широко и полно, объединенное общей темой – Великой Отечественной войны и памяти о ней. Хотя правильнее будет сказать – темой войны и мира. Неразрывное единство этих противоположностей пытались осмыслить поэты, а мы – собрать под одной обложкой, чтобы современники и потомки никогда не забывали опыт своих героических, многострадальных предков, защитивших не только нас, живущих сегодня в России, но и все человечество от фашизма.
    Мы бы не справились с этой работой одни – без помощи наследников авторов, писателей-подвижников, краеведов, библиотекарей и многих-многих людей, неравнодушных к русской культуре и памяти народа-победителя.
    Низкий благодарственный поклон всем соратникам.
    Дмитрий Мизгулин, Борис Лукин
  • О КНИГАХ

    ВОЙНА И МИР. Антология: Великая Отечественная война (1941–1945) в русской поэзии XX–XXI вв.
    НЕКОММЕРЧЕСКОЕ ИЗДАНИЕ
    Издатель: ЛИТЕРАТУРНЫЙ ФОНД «ДОРОГА ЖИЗНИ» (президент Д.А. Мизгулин)
    Идея Дмитрия Мизгулина.
    Главный редактор Б.И. Лукин
    Составители I-V кн. : Ю.П. Перминов и Б.И. Лукин.
    Составитель VI-XV кн. : Б.И. Лукин.
    В пятнадцати книгах. 

    «Война и мир» – фундаментальная антология русской поэзии в десяти книгах, посвященная подвигу народов многонационального Советского Союза в Великой Отечественной войне. В книги включены стихи, созданные не только
    в 1941–1945 годах, но и в послевоенные десятилетия XX–XXI веков.
    Данная мемориальная книга жизни народа, издающаяся в честь 70-летия Победы и памяти 75-летия начала войны, впервые столь полно представляет объединенное общей темой творчество поэтов различных поколений нашей страны.
    Большинство представленных произведений давно стали классическими, многие дождались своего часа и также войдут в сокровищницу русской литературы.
    В антологии впервые цельно прослежена работа трех поколений писателей, условно названных нами отцами, детьми и внуками. Тома составлены по возрастному принципу: в I–V книгах – творчество писателей, родившихся до 1927 года, в VI–VII – с 1927 по 1945 год, в VIII–IX – с 1946 по 1955 год, в X – после 1956 года. Для удобства поиска все авторы в каждой возрастной группе расположены по алфавиту. Неоспоримо историческое значение собранных в антологии произведений
    участников боев и тружеников тыла, чьи строки сполна оплачены кровью, слезами и потом, детей войны, переживших грозное лихолетье, внуков, в чьи судьбы война вторглась лишь эхом, но грозным эхом генетической памяти.
    Антология дополнена фотографиями поэтов и снабжена биографическими данными.

 Курасов 
 Александр Иванович

Курасов
Александр Иванович

Александр Иванович Курасов родился в деревне Ильинское Починковском районе Горьковской обл. В январе 1942 г. ушел на фронт. Воевал в частях «Катюш». Участник Сталинградской битвы, брал Берлин. Много лет работал на факультете журналистики Уральского государственного университета (ныне – УРФУ), был членом Союза журналистов. Награжден боевыми орденами и медалями. Стихи
  • Когда в окопах я лежал...
  • СОРОК ПЯТЫЙ
  • БАЛЛАДА О САПОГАХ

    Облака, как портянки рваны.
    Август. Холодно. Даже в вате.
    Что-то тискает сердце Ивана,
    Так ощупывают взрыватель.
    Этим утром он уже ползал
    На расшатанное горище.
    Нет сапог. Проморгал. Поздно.
    Лишь вьюнок из застрехи свищет.
    Притулился к корыту велик
    И скрипучая табуретка.
    Нет сапог, а Иван не верит.
    Может, тут – под сухой веткой.
    Сапоги получил в Берлине
    Лет без малого шестьдесят:
    В блеске, скрипе и гуталине,
    Как для маршала, не для солдат.
    Строго ус ущипнул начальник:
    «Это бяка, не хром, а храм!
    Отчекань на брусчатке вначале,
    И по бабам, и по домам».
    На параде он в них процокал,
    Как ретивый, во весь упор.
    Даже Сталин ему, Сороке,
    Козырнул, как простой сапёр.
    По домам «котлы»*, «крепзаржеты»**,
    Гобелены, ночнушки прут.
    А он вывалил чудо это,
    Только вот голенища жмут.
    Цел Сорока. В кости – силища.
    Сено косит и водку пьёт.
    Сапоги с тесьмой – на горище,
    Знает весь станичный народ.
    Вспоминает на сенокосе
    Двух цыганок ленивый суд:
    «Ты, Иван, сапоги не сносишь.
    Они сами тебя снесут!»
    Август. Груши мельчают вроде,
    Паутина влипла в окно.
    А друзья, как и есть, уходят,
    По отдельности. За гумно.
    Но загвоздка, не пальцы, а спица,
    Уже вяжет бикфордов шнур.
    И к Сороке другая птица
    Прилетает на перекур.
    На окне каракули чертит.
    Ему черти уже не черти.
    Видит скользкую мелюзгу
    В сандалетах на босу ногу.

    И ступают из этой лузги
    И. В. Сталина сапоги.
    Медью выбито: «Вышли сроки.
    За гумно. Для И. И. Сороки».

    Ах, цыганочки Азы, врёте!
    Жгучий глаз, но не кругло в роте.
    Но на то ведь солдат-сапёр,
    Покрутил у виска, допёр.
    И вприсядку, ползком – на чердак:
    «Это – смертушка, мать твою так!»
    И когда до трубы дошаркал,
    Вытер зенки: такой парад!
    Сапоги его на трёх шариках,
    На воздушных с тесьмой висят.
    Рядом – внук. Приехал из города.
    Его самые – нюхай, три.
    А внучочек – в лужёное горло:
    «Це ж – победные прохари*!
    Чуешь, деда, какой сюрприз!
    Тут – находка, а ты раскис!»

    И отправились: дед, внук, сын.
    Покупать для сапог гуталин.
    А в ларьке – бутылёк да маленькую.
    За Победу!
    За Жизнь!
    За Марьянку!

    Сапоги блестят под подковою,
    Жеребцы. И почти что новые!

    * Наручные часы (жарг.).
    ** Искажённое от «креп-жоржет» – тонкая, полупрозрачная, но при этом плотная шелковистая ткань.
    * Сапоги, хорошая обувь (сленг).

    Подборка предоставлена автором.


    Беседа критика Вячеслава ЛЮТОГО с главным редактором и составителем антологии «Война и мир» Борисом ЛУКИНЫМ
    Верно сказал Сергей Есенин: «Лицом к лицу лица не увидать. Большое видится на расстоянье». Может поэтому мне, живущему в Беларуси, показалось важным откликнуться на выход в России очередного тома антологии «Война и мир». Тем более что почти десять лет занимаются ей мои друзья-коллеги: автор идеи и президент Литературного фонда «Дорога жизни» Дмитрий Мизгулин и главный редактор-составитель антологии Борис Лукин.
    Яндекс.Метрика