Антология "Война и мир"

Самое полное собрание стихотворений о Великой Отечественной войне

ПРИФРОНТОВАЯ СТАНЦИЯ

Судеб военное начало –
пунктирами недальних трасс
и суматохой ты встречала
последний, предрассветный час.

Случайно пискнула гармошка,
упав басами на песок.
Патруль по шпалам шёл сторожко,
косясь на сумрачный лесок.

С тушёнкою вскрывались банки,
блестели смазкою штыки,
ещё без визга ныли танки
и сочно хрумкали курки.

Из-под расстрелянной колонки
сбегала светлая волна.
Как гром, стучала в перепонки
предбоевая тишина.

Боец поопытней – короче
стянул винтовочный ремень,
ровнял седеющий височек,
менял «бензинку»* на кремень.

Ещё не пахло гарью, тленом,
НЗ** был цел во всех полках.
Вдоль строя кладезем бесценным
шёлк Знамени плыл на руках.

У речки в ожиданье солнца
скрипел надсадно коростель.
И каждый думал, что вернётся,
пройдя свинцовую метель.

Дробь по-прощальному несмело
отбил ушедший эшелон.
И долго ему вслед глядела
пыль растянувшихся колонн.

 

*Бензинка – зажигалка, в которой в качестве горючего применяется бензин.
** Неприкосновенный запас. Специально собранный запас продовольствия, медикаментов, топлива, боеприпасов и других жизненно необходимых в критических ситуациях вещей, который хранится с целью использования в экстренных ситуациях.

0.0/5 оценка (0 голосов)

Другие произведения автора

Среди грозы и тишины

Среди грозы и тишины
у сердца разный стук.
Я сын участника войны –
свидетеля разлук.

ФРОНТОВОЙ ХИРУРГ

Я спать хочу сейчас. И только спать.
Не более, не менее того.
Но вынужден я встать и снова встать,
чтобы отнять у смерти торжество
над плотью человеческой.

В музее славы боевой

В музее славы боевой
орденоносной части
стоят, склонившись головой,
кто к славе той причастен.

Память наша от вдовьих седин

Память наша от вдовьих седин
обретала свой опыт печальный,
опыт стойкий и первоначальный
о тревогах военных годин.

ДЕЗЕРТИР

Чу, звук какой-то тянкий
в лесу, где нет дорог.
Лохматые портянки
качает ветерок.

22 ИЮНЯ 1941 ГОДА

Двадцатый век. Год сорок первый.
Начало. Взорванные сны.
Блицкриг* в работе. Рвутся нервы.
В крови холодный штык войны.

От потерь мы становимся жёстче

От потерь мы становимся жёстче,
но не стуком горячих сердец.
Никогда не увидите прочерк,
слово «были» в графе «мать, отец…»

Когда от времени и ран

Когда от времени и ран
туда, где горизонты сини,
уйдёт последний ветеран,
то вздрогнет Матушка-Россия.

МЫ

Окончен бой. И город стал свободным.
Заря рассвета чистотой блистала.
Замолкли пушки. Роздан хлеб голодным.
Осела пыль в развалинах устало.

МАТЕРЯМ РОССИИ ВОЕННОЙ ПОРЫ

Святые матери России –
Истоки света и любви!
В какой животворящей силе
вы нервы черпали свои?

ДЕНЬ ПОБЕДЫ

Нахлёстом пулевые трассы
не били больше шар земной.
Казалось не таким опасным
всё, что осталось за спиной.

ВДОВА

В Сумках*, селу однолетка,
бабка Анисья жила
и говорила соседкам:
«Сро́била все я дела.

Никто не задавал вопрос – герой ли он?

Никто не задавал вопрос – герой ли он?
А он, не прячась,
метнулся к доту во весь рост
и грудью лёг на ствол горячий.

ИНВАЛИД ВОЙНЫ

Самодельная коляска
с грубым войлоком на дне,
то ли были, то ли сказки
о геройстве на войне.

В сорок пятом, в светлом мае

В сорок пятом, в светлом мае,
после славы и побед,
дома на одном дыханье
баню выстроил мой дед!

  • ВОЙНА...ПОЭЗИЯ ВСЕРЪЁЗ

    Поэты, чьи произведения представлены в антологии, сказали свое слово не только о самой Великой Отечественной войне (1941–1945), но и о памяти этих событий в последующих поколениях. Они – люди разных возрастов и национальностей. Среди них те, чьи имена уже 70 лет связаны воедино со словом «война» на страницах учебников, и не менее значительные авторы, по воле судьбы оставшиеся на втором плане – так сказать, в тени славных товарищей.
    Показать многоголосье, разноплановость в творчестве не только внутри одного поколения, но и в исторической перспективе – вот одна из задач, которую мы попробовали решить, вдохновляясь словами А.Т. Твардовского:
    «Война всерьез, поэзия… всерьез».
    Три поколения русской поэзии… Мы условно назвали авторов отцами, детьми и внуками. Впервые их творчество собрано и представлено столь широко и полно, объединенное общей темой – Великой Отечественной войны и памяти о ней. Хотя правильнее будет сказать – темой войны и мира. Неразрывное единство этих противоположностей пытались осмыслить поэты, а мы – собрать под одной обложкой, чтобы современники и потомки никогда не забывали опыт своих героических, многострадальных предков, защитивших не только нас, живущих сегодня в России, но и все человечество от фашизма.
    Мы бы не справились с этой работой одни – без помощи наследников авторов, писателей-подвижников, краеведов, библиотекарей и многих-многих людей, неравнодушных к русской культуре и памяти народа-победителя.
    Низкий благодарственный поклон всем соратникам.
    Дмитрий Мизгулин, Борис Лукин
  • О КНИГАХ

    ВОЙНА И МИР. Антология: Великая Отечественная война (1941–1945) в русской поэзии XX–XXI вв.
    НЕКОММЕРЧЕСКОЕ ИЗДАНИЕ
    Издатель: ЛИТЕРАТУРНЫЙ ФОНД «ДОРОГА ЖИЗНИ» (президент Д.А. Мизгулин)
    Идея Дмитрия Мизгулина.
    Главный редактор Б.И. Лукин
    Составители I-V кн. : Ю.П. Перминов и Б.И. Лукин.
    Составитель VI-XV кн. : Б.И. Лукин.
    В пятнадцати книгах. 

    «Война и мир» – фундаментальная антология русской поэзии в десяти книгах, посвященная подвигу народов многонационального Советского Союза в Великой Отечественной войне. В книги включены стихи, созданные не только
    в 1941–1945 годах, но и в послевоенные десятилетия XX–XXI веков.
    Данная мемориальная книга жизни народа, издающаяся в честь 70-летия Победы и памяти 75-летия начала войны, впервые столь полно представляет объединенное общей темой творчество поэтов различных поколений нашей страны.
    Большинство представленных произведений давно стали классическими, многие дождались своего часа и также войдут в сокровищницу русской литературы.
    В антологии впервые цельно прослежена работа трех поколений писателей, условно названных нами отцами, детьми и внуками. Тома составлены по возрастному принципу: в I–V книгах – творчество писателей, родившихся до 1927 года, в VI–VII – с 1927 по 1945 год, в VIII–IX – с 1946 по 1955 год, в X – после 1956 года. Для удобства поиска все авторы в каждой возрастной группе расположены по алфавиту. Неоспоримо историческое значение собранных в антологии произведений
    участников боев и тружеников тыла, чьи строки сполна оплачены кровью, слезами и потом, детей войны, переживших грозное лихолетье, внуков, в чьи судьбы война вторглась лишь эхом, но грозным эхом генетической памяти.
    Антология дополнена фотографиями поэтов и снабжена биографическими данными.

 Борский 
 Николай Алексеевич

Борский
Николай Алексеевич

Николай Алексеевич Борский родился в 1947 г. в с. Борское
Куйбышевской (ныне – Самарской) обл. Окончив Куйбышевский авиационный институт им. С.П. Королёва (1972), трудился на Куйбышевском авиазаводе. В 1976 г. поступил в Литературный институт им. А.М. Горького и в 1981 г. окончил его с отличием, после чего работал в отделе русской литературы редакции газеты «Литературная Россия», в 1988–1992 гг. – в журнале «Смена». Первые книги – «Тяга земная» (1984) и «Среди красных холмов» (1986). Много публиковался в литературной периодике и различных антологиях, автор 28 поэтических сборников. Живёт в г. Мытищи Московской обл.

Стихи
  • ПОКЛОНЕНИЕ
  • У БОЛЬШОГО ТЕАТРА. ДЕВЯТОЕ МАЯ
  • ОСВЕНЦИМ

    Разве можем мы быть равнодушными к злу?
    Страшный призрак я вижу сквозь смрадную мглу:
    Черным прахом дымятся на страшных кострах
    Миллионы людей, превращенных в золу.

    Слышу голос я жалобный, памятный мне.
    Показалось на миг – наяву иль во сне? –
    Стонет, плачет и кличет на помощь меня
    Брат мой, ставший золой в этом адском огне.

    Безутешная полька над пеплом стоит.
    Нет любимого… Кто ей его возвратит?..
    Льются слезы, и пепел тускнеет седой,
    Будто дождь ледяной его хмуро кропит.

    В этой страшной, угрюмой, больной тишине
    Образ брата погибшего видится мне,
    Он из пепла восстал и назвал палачей –
    Тех, кого я в атаках встречал на войне.

    Грозной молнией гнев полыхает в груди,
    Гулко сердце стучит: «не прощай! не прощай!»
    Мне, из пепла взывая, кричат мертвецы:
    «Ты за нас отомсти, за поруганный край!»

    Голос брата среди голосов я узнал –
    Он убийц проклинал, он убийц проклинал.
    И когда уходил я в гремящую даль,
    Он за мной торопился, меня нагонял.

    1945
    Беседа критика Вячеслава ЛЮТОГО с главным редактором и составителем антологии «Война и мир» Борисом ЛУКИНЫМ
    Верно сказал Сергей Есенин: «Лицом к лицу лица не увидать. Большое видится на расстоянье». Может поэтому мне, живущему в Беларуси, показалось важным откликнуться на выход в России очередного тома антологии «Война и мир». Тем более что почти десять лет занимаются ей мои друзья-коллеги: автор идеи и президент Литературного фонда «Дорога жизни» Дмитрий Мизгулин и главный редактор-составитель антологии Борис Лукин.
    Яндекс.Метрика