Антология "Война и мир"

Самое полное собрание стихотворений о Великой Отечественной войне

Бой шел всю ночь, а на рассвете...

Бой шел всю ночь, а на рассвете
Вступил в село наш батальон.
Спешили женщины и дети
Навстречу к нам со всех сторон.

Я на околице приметил
Одну девчонку лет пяти,
Она в тени столетних ветел
Стояла прямо на пути.

Пока прошли за ротой рота,
Она не опустила глаз
И взглядом пристальным кого-то
Разыскивала среди нас.

Дрожал росой рассвет погожий
В ее ресницах золотых:
Она на дочь мою похожей
Мне показалась в этот миг.

Казалось, все дороги мира
Сошлись к седой ветле, и я,
Себя не помня, крикнул: «Ира,
Мой птенчик, ласточка моя!»

Девчонка вздрогнула и, глядя
Колонне уходящей вслед,
«Меня зовут Марусей, дядя», −
Сказала тихо мне в ответ.

«Марусей? Ах, какая жалость!» −
И поднял на руки ее.
Она к груди моей прижалась,
Дыханье слушала мое.

Я сбросил груз дорожных тягот
(Ну, что же, Ира, не ревнуй!) –
Всю нежность, что скопилась за год,
Вложил в отцовский поцелуй.

И по дорогам пропыленным
Вновь от села и до села
Шагал я дальше с батальоном
Туда, где дочь меня ждала.

1942
4.7/5 оценка (7 голосов)

Другие произведения автора

Прожекторов косые лезвия...

Прожекторов косые лезвия
Ночное небо полосуют снова.
Шипя, взвилась ракета, как змея,
Из сумрака настороженно-злого.

Когда я рассматриваю в музеях...

Когда я рассматриваю в музеях
Картины прославленных живописцев,
Мне вспоминается фронт под Москвою
И друг из саперного батальона.

КЛЮЧ

Был сумрак ночи выстрелами вспорот,
Лизал огонь разрывы дымных туч.
С последней частью он покинул город,
Квартиру запер, уходя, на ключ.

НАВОДЧИК

Не позабыть мне ночи той короткой…
Был май. В лесу черемуха цвела.
Мы наступали, и прямой наводкой
Артиллеристы били вдоль села.

Мы помним всё: дороги отступлений...

Мы помним всё: дороги отступлений
И те пути, что нас вели вперед.
Перед судом грядущих поколений
За каждый шаг свой мы дадим отчет.

Небо в звездах, словно полный улей...

Небо в звездах, словно полный улей,
Травы пьют медовую струю,
Может быть, в такую ночь под пулей
Суждено мне кончить жизнь мою.

Прошедшим фронт, нам день зачтется за год...

Прошедшим фронт, нам день зачтется за год,
В пыли дорог сочтется каждый след,
И корпией* на наши раны лягут
Воспоминанья юношеских лет.

Командир батальона читал до зари «Илиаду»...

Командир батальона читал до зари «Илиаду».
Стол дощатый скрипел, и огарок чадил восковой,
И в ночи открывалось его воспаленному взгляду
Не сраженье у Трои, а бой под любимой Москвой.

  • ВОЙНА...ПОЭЗИЯ ВСЕРЪЁЗ

    Поэты, чьи произведения представлены в антологии, сказали свое слово не только о самой Великой Отечественной войне (1941–1945), но и о памяти этих событий в последующих поколениях. Они – люди разных возрастов и национальностей. Среди них те, чьи имена уже 70 лет связаны воедино со словом «война» на страницах учебников, и не менее значительные авторы, по воле судьбы оставшиеся на втором плане – так сказать, в тени славных товарищей.
    Показать многоголосье, разноплановость в творчестве не только внутри одного поколения, но и в исторической перспективе – вот одна из задач, которую мы попробовали решить, вдохновляясь словами А.Т. Твардовского:
    «Война всерьез, поэзия… всерьез».
    Три поколения русской поэзии… Мы условно назвали авторов отцами, детьми и внуками. Впервые их творчество собрано и представлено столь широко и полно, объединенное общей темой – Великой Отечественной войны и памяти о ней. Хотя правильнее будет сказать – темой войны и мира. Неразрывное единство этих противоположностей пытались осмыслить поэты, а мы – собрать под одной обложкой, чтобы современники и потомки никогда не забывали опыт своих героических, многострадальных предков, защитивших не только нас, живущих сегодня в России, но и все человечество от фашизма.
    Мы бы не справились с этой работой одни – без помощи наследников авторов, писателей-подвижников, краеведов, библиотекарей и многих-многих людей, неравнодушных к русской культуре и памяти народа-победителя.
    Низкий благодарственный поклон всем соратникам.
    Дмитрий Мизгулин, Борис Лукин
  • О КНИГАХ

    ВОЙНА И МИР. Антология: Великая Отечественная война (1941–1945) в русской поэзии XX–XXI вв.
    НЕКОММЕРЧЕСКОЕ ИЗДАНИЕ
    Издатель: ЛИТЕРАТУРНЫЙ ФОНД «ДОРОГА ЖИЗНИ» (президент Д.А. Мизгулин)
    Идея Дмитрия Мизгулина.
    Главный редактор Б.И. Лукин
    Составители I-V кн. : Ю.П. Перминов и Б.И. Лукин.
    Составитель VI-XV кн. : Б.И. Лукин.
    В пятнадцати книгах. 

    «Война и мир» – фундаментальная антология русской поэзии в десяти книгах, посвященная подвигу народов многонационального Советского Союза в Великой Отечественной войне. В книги включены стихи, созданные не только
    в 1941–1945 годах, но и в послевоенные десятилетия XX–XXI веков.
    Данная мемориальная книга жизни народа, издающаяся в честь 70-летия Победы и памяти 75-летия начала войны, впервые столь полно представляет объединенное общей темой творчество поэтов различных поколений нашей страны.
    Большинство представленных произведений давно стали классическими, многие дождались своего часа и также войдут в сокровищницу русской литературы.
    В антологии впервые цельно прослежена работа трех поколений писателей, условно названных нами отцами, детьми и внуками. Тома составлены по возрастному принципу: в I–V книгах – творчество писателей, родившихся до 1927 года, в VI–VII – с 1927 по 1945 год, в VIII–IX – с 1946 по 1955 год, в X – после 1956 года. Для удобства поиска все авторы в каждой возрастной группе расположены по алфавиту. Неоспоримо историческое значение собранных в антологии произведений
    участников боев и тружеников тыла, чьи строки сполна оплачены кровью, слезами и потом, детей войны, переживших грозное лихолетье, внуков, в чьи судьбы война вторглась лишь эхом, но грозным эхом генетической памяти.
    Антология дополнена фотографиями поэтов и снабжена биографическими данными.

 Лутков 
 Геннадий Яковлевич

Лутков
Геннадий Яковлевич

Геннадий Яковлевич Лутков (02.12.1931, г. Россошь Центрально-Чернозёмной обл. – 04.03.1994, Воронеж) – поэт, прозаик, радиожурналист. Репрессирован по так называемому делу
Коммунистической партии молодёжи (Воронеж, 1949), срок заключения отбывал в Сибири, Казахстане. После смерти Сталина был реабилитирован. Окончил филфак Воронежского университета. Бóльшую часть жизни проработал на областном радио, в основном в должности редактора художественных передач. Автор около 20 книг. На его стихи писали песни известные композиторы. Заслуженный работник культуры РСФСР.

Стихи
  • Не шелохнутся ветки...
  • ПОСЁЛОК КАЗАЧОК
  • СЕЛО, ОСВОБОЖДАВШЕЕ ЕВРОПУ
  • Ты в лес пришёл за воздухом, за росами...
  • ЭТОТ ВЕЧНЫЙ ПЛАТОЧЕК
  • Яблони помнят отца...
  • СМЕРТЬ САПЕРА

    Мы время по часам заметили
    И кверху поползли по склону.
    Вот и обрыв. Мы без свидетелей
    У края вражьей обороны.

    Вот там она, и там, и тут она –
    Везде, везде, до самой кручи.
    Как паутиною, опутана
    Вся проволокою колючей.

    Он наших мыслей не подслушивал
    И не заглядывал нам в душу.
    Он из конюшни вниз обрушивал
    Свой бешеный огонь по Зуше*.

    Прожекторы, как ножки циркуля,
    Лучом вонзались в коновязи.
    Прямые попаданья фыркали
    Фонтанами земли и грязи.

    Но чем обстрел дымил багровее,
    Тем равнодушнее к осколкам,
    В спокойствии и хладнокровии
    Работали мы тихомолком.

    Со мною были люди смелые.
    Я знал, что в проволочной чаще
    Проходы нужные проделаю
    Для битвы, завтра предстоящей.

    Вдруг одного сапера ранило.
    Он отползал от вражьих линий,
    Привстал, и дух от боли заняло,
    И он упал в густой полыни.

    Он приходил в себя урывками,
    Осматривался на пригорке
    И щупал место под нашивками
    На почерневшей гимнастерке.

    И думал: глупость, оцарапали,
    И он отвалит от Казани
    К жене и детям вверх, к Сарапулю, –
    И вновь и вновь терял сознанье.

    Всё в жизни может быть издержано,
    Изведаны все положенья, –
    Следы любви самоотверженной
    Не подлежат уничтоженью.

    Хоть землю грыз от боли раненый,
    Но стонами не выдал братьев,
    Врожденной стойкости крестьянина
    И в обмороке не утратив.

    Его живым успели вынести.
    Час продышал он через силу.
    Хотя за речкой почва глинистей,
    Там вырыли ему могилу.

    Когда, убитые потерею,
    К нему сошлись мы на прощанье,
    Заговорила артиллерия
    В две тысячи своих гортаней.

    В часах задвигались колесики.
    Проснулись рычаги и шкивы.
    К проделанной покойным просеке
    Шагнула армия прорыва.

    Сраженье хлынуло в пробоину
    И выкатилось на равнину,
    Как входит море в край застроенный,
    С разбега проломив плотину.

    Пехота шла вперед маршрутами,
    Как их располагал умерший.
    Поздней немногими минутами
    Противник дрогнул у Завершья.

    Он оставлял снарядов штабели,
    Котлы дымящегося супа,
    Всё, что обозные награбили,
    Палатки, ящики и трупы.

    Потом дорогою завещанной
    Прошло с победами всё войско.
    Края расширившейся трещины
    У Криворожья и Пропойска.

    Мы оттого теперь у Гомеля,
    Что на поляне в полнолунье
    Своей души не экономили
    В пластунском деле накануне.

    Жить и сгорать у всех в обычае,
    Но жизнь тогда лишь обессмертишь,
    Когда ей к свету и величию
    Своею жертвой путь прочертишь.

    * Зуша – река в Тульской и Орловской обл., приток Оки.

    1943
    Беседа критика Вячеслава ЛЮТОГО с главным редактором и составителем антологии «Война и мир» Борисом ЛУКИНЫМ
    Верно сказал Сергей Есенин: «Лицом к лицу лица не увидать. Большое видится на расстоянье». Может поэтому мне, живущему в Беларуси, показалось важным откликнуться на выход в России очередного тома антологии «Война и мир». Тем более что почти десять лет занимаются ей мои друзья-коллеги: автор идеи и президент Литературного фонда «Дорога жизни» Дмитрий Мизгулин и главный редактор-составитель антологии Борис Лукин.
    Яндекс.Метрика