К хворостяному тыну
Прислонив автомат,
Нерождённому сыну
Пишет письма солдат.

– Непорочная Дева,
Ты меня награди,
Чтоб за правое дело
Орден был на груди!

По-бабьи на людях бедовы,
А дома по-бабьи грустны
Мои деревенские вдовы,
Что любят рассказывать сны.

Заболею. Детство приснится.
И во сне этом мама придёт.
В дверь шарахнется холода птица,
Белым крылом обожжёт.

Кончен трудный день походный,
И, готовясь в новый путь,
У костра в степи холодной
Мы ложимся прикорнуть.

Он вылез из танка. Всё дымное небо
Навылет прошито осколками звёзд.
Живой…
В переделках каких только не был.

Родители мои, как все балкарцы,
подверглись сталинскому геноциду:
их с высочайших гор Кавказа разом
в пустынные изгнать посмели степи...

Когда я вижу играющих детей,
невольно замедляю шаг.
А ночью в мои сны
из голубой дымки...

Не раз, не второй и не сотый
От крепости немец отбит.
Уже как пчелиные соты
Все стены, а крепость – стоит.

Вон в небе журавли… Куда стремится
Высокий и нестройный их отряд?..
Под ними сёла курские горят,
И негде отдохнуть усталым птицам.

Моё поколенье
Отцов не запомнило в лица.
Какие? Наверно, красивые были они?
Нам выпала доля...

Как-то летом на рассвете
Заглянул в соседний сад,
Там смуглянка-молдаванка
Собирала виноград.

Бескозырку я надену,
выйду на причал.
Чайки, с волн сбивая пену,
жалобно кричат.

Как в «войнушку» в детстве мы играли,
Весь разрушив распорядок дня!
Командиром красным выбирали,
Между прочим, все всегда меня.

Славный сорок пятый
Ярче всяких книг
В памяти солдата
Нынче вновь возник…