Мы – не пыль на ветру,
Не туман поутру,
Мы – другое совсем поколенье.
Нас развеять нельзя.

В тот день они попали
В третий круг ада.
Поздняя осень затмила солнце,
Горные тропы

Овеянный славною былью,
Идет он, упорен и строг.
Дорога вздымается пылью
От русских солдатских сапог.

Нам до сих пор блокадный холод снится
В костях солдатских с Пулковских высот!
И до сих пор красы нетленной лица
Полк в поименном перечне ведет

Стопы железный гул –
Георгий впереди…
И дверь солдат рванул,
Сказал мне: «Выходи!»...

Так что ж я боюсь умереть
если спать я ложусь с мольбой
чтобы все пережили меня

Опять весна. Как прежде, снова
Сверкает солнце с высоты.
Дома, одетые в обновы,
Стоят, спокойны и просты.

Молотили мортиры,
Тяжелыми били цепами,
И крошились мосты,
И обрушивался потолок.

Где трепет Вечного огня,
Там раньше поле боя было.
В себе и жизнь и смерть храня,
Оно поры той не забыло

Умирают солдаты
Весною от ран,
Когда солнце стучится
В окно по утрам.

Так пронзительно пули пели,
Но не слышен нам пуль полет.
Мы бросками бежали к цели
И ложились ничком на лед.

Повзрослели в войну
Мы на тысячу лет.
И теперь не пойму,
Был я юным иль нет

Здесь птичьих песен переливы,
Стоят берёзы у межи…
Тебе же слышатся те взрывы –
Друг окровавленный лежит.

Розы положим на тёплый гранит
И голову склоним в печали.
И скажем себе:
– Здесь никто не убит,
Вы в вечном живёте начале.

Шел смертный бой. Земля в огне кипела.
Был сужен мир до прорези прицела.
Но мы, полны решимости и веры,
Ему вернули прежние размеры.