Под рукою – вода.
Под другою – вода.
И направо – беда,
И налево – беда.

На броне по кустам и полянкам,
А потом, мысль о смерти гоня,
Ты бежишь за чадящим танком,
Но зато пред тобою броня.

Ты писал мне перед самым боем,
В час, когда бросало землю в дрожь…
Я не знаю – где ты, что с тобою.
Но я верю: ты ко мне придешь.

Не танцуйте сегодня, не пойте.
В предвечерний задумчивый час
Молчаливо у окон постойте,
Вспомяните погибших за вас.

Летит пурга через окоп,
И свищет, и поет,
То справа наметет сугроб,
То слева наметет.

Наши души обожжены:
Все мы выросли из войны,
Из её катастроф и бед,
Из её кровавых побед.

В созвездье даргинских селений,
К огню своего очага
Вернулся из пекла сражений
Отец, одолевший врага.

Шел обстрел, и влипали в бруствер
Молодые солдаты.
Новичков приводили в чувство
Иногда – матом.

А мы такую книгу прочитали…
Не нам о недочитанных жалеть.
В огне багровом потонули дали
И в памяти остались пламенеть.

Шли солдаты на запад
По дорогам войны.
Выпадал среди залпов,
Может, час тишины.

Память многое забыла,
Всё же помню, словно сон:
Мама в доме заводила
В День Победы патефон.

Портянки сохнут над трубой,
Вся в инее стена…
И, к печке прислонясь спиной,
Спит стоя старшина.

Я смотрю на тебя, моя мама,
С фотокарточки в нашем дому,
Что не раз ты со стенки снимала,
Прижимая к лицу своему…

Я родился в городе Перми.
Я Перми не помню, чёрт возьми.
Железнодорожная больница.
Родовспомогательная часть.

Я вчера был нежным и влюбленным,
Первый стих рождала тишина.
А сегодня взрывами и стоном
Рифмы перепутала война.