Как будто весна без конца и без края
Пред мною раскинулась вновь,
Так нынче при встрече с тобой расцветает
Счастливая наша любовь.

У нас был примус.
Бывало, только вспомнишь – он шумит.
Там
мама возится с кастрюлями

Эту песню напели мне
дымные вьюги Тагила.
Из поверий и сказов
ко мне она ночью пришла.

Проветривая недра
Для плуга и зерна,
Как долго дули ветры,
Когда прошла война!

В свете войны маскировочно-жёстком
Тот, кто подыгрывал ей на трёхрядке
И привыкал к наглазным полоскам,
Тот, кого девочка без оглядки...

…И перед нами рухнул мост.
Остановиться мы не вправе.
И под обстрелом, в полный рост,
Спешим к уплывшей переправе.

Нас сдружила военная буря,
Перед Родиной долг породнил.
Я ему говорил об Амуре,
Мне дружок о Днепре говорил.

Струится лугами Воронка
разнеженно, гладко.
Красою – подросток-девчонка,
душою – солдатка.

У донской излучины,
У горящих сел
С верной, неразлучною,
Я с тобою шел.

Как лён, чубы и брови выгорали.
О детства миг, высокие мечты!..
Но вскоре в окнах голубых прогалин
Затмили солнце чёрные кресты.

Проверить нам пришел черед,
Как штык примкнут на трехлинейке.
А там команда – и вперед!
Для облегченья – без шинельки.

А тогда мне исполнилось восемь…
И вступала по улице главной
Непонятная, странная осень
В город Игоря и Ярославны.

Наш поезд во поле глухом
Застрял на полпути к Балхашу*.
Под вечер на былье сухом
Мать в чугунке варила кашу.

Без боли колет воздух туя.
Береза бело-золотая,
Сама себя живописуя,
Пылает, блещет, облетая.

Когда ты лгал в бою под Сталинградом
бессмертному сержанту своему,
что не задет взорвавшимся снарядом,
и стон скрывал улыбкою в дыму