Мы шли всю ночь. Была дорога длинной,
И наш сержант, зажав цигарку в горсть,
Бодрил солдат: «Отсюда до Берлина
Осталось нам каких-то тыщу верст!..»
Вот пехота в землю врылась,
Пот со лба пехоты льет.
Окопалась, закрепилась
И опять глядит вперед.
Что сказать? На то пехота.
У нее, как говорят,
И заглавная работа,
И в бою заглавный ряд.
Огоньку подкинь позлее
Да бронею подопри –
Так рванется, что за нею
Не успеют пушкари.
По полям широким минным,
Через холод, дождь и зной
Так и шла она к Берлину,
Там и кончила с войной.
И не зря, как говорится,
С кладенцом-мечом своим
Видим в бронзе пехотинца
В Трептов-парке часовым.