ЛУНА УСЛЫХАЛА
Я поздней ночью шел в разведку,
Как тишина по тишине,
И, через холм переползая,
Сказал с досадою луне:
Отчизна! В дни невзгод и муки
Твоей судьбы я не бежал:
Надел шинель, винтовку в руки,
А за ремень заткнул кинжал.
Пора! Час пробил искупленья,
Ведь должен быть предел всему.
Довольно немец в исступленье
Нес гибель дому моему.
Пора! Час пробил искупленья.
Окопы ранами земли
Остались сзади. В наступленье
Мы на рассвете перешли.
Дрались за пядь, а не за сажень.
Восточный ветер гнал, пыля,
Перед собой на запад сажу.
Стояла вздыбленной земля.
В атаке-драке рукопашной
Одна дорога трусу – смерть.
Вон прёт, как из берлоги вставший
Фашист с прикладом, как медведь.
И что? Бежать? Выходит, сам же
Себя решил на смерть обречь.
Здесь умереть? А клятва как же
Как око Родину беречь?
Лишь в наступлении спасенье,
Лишь наступающий живет,
Кинжал и ветра свист осенний
Со мной бросаются вперед.
Отчизна! Вот он, миг расплаты!
Я стиснул зубы, руку сжал.
В мгновенье будет враг распластан –
Я заношу над ним кинжал!