ПОСЛЕВОЕННЫЙ ФАРВАТЕР
Не знает шкипер, на каких глубинах,
на зюйде, норде, весте или осте,
стоят в воде, покачиваясь, мины,
уже позеленевшие от злости.
Обелиски ли, нежные розы ль, огонь ли, окопы ль
окружат тебя здесь по краям крепостного кольца –
смуглолицый мой, синеглазый мой Севастополь,
я узнаю тебя, как сын узнает отца.
Тут всегда улыбнутся навстречу знакомые лица,
здесь норд-осты всегда будут южного ветра теплей,
белокаменная боевая морская столица
берегов черноморских, и воли, и моих кораблей.
Я не знаю, какие тут встанут дворцы и строенья,
отойдут корабли от причалов в какие края, –
выше всех монументов и всякого определенья,
Севастополь советский, высокая слава твоя!