В пилотке, сбитой на затылок,
В шинели длинной нараспах,
Он в дом вошёл. И мать застыла,
Оцепенела в двух шагах.
В вагоне свет давно притушен
И пассажиры мирно спят.
В окне снарядами «катюши»,
Сверкая, встречные летят.
Седой попутчик мой всех позже
Под одеяло молча влез.
Заснул.
В углу, белея кожей,
Из сапога торчит протез.
Что снится старому солдату?
Сжимая воздух в кулаке,
На полке жёсткой, узковатой
Он взмок, крутясь, как на полке.
Ему, должно быть, очень тяжко:
То бред, то скрип зубов и стон…
Не оросит никто из фляжки
Иссохших губ. Страдает он.
Душа болит, горит пожаром
С тех пор, как вдруг снаряд врага…
В могиле братской под Варшавой
Погребена его нога.