Он был в разведке. Сквозь ненастье
Кровил на тропки алый лист…
Вернулся, а на месте части
Уже хозяйничал фашист.
Гремели раскаты
В военных закатах…
Всего девять лет было ей!
Она через речку
Бежала навстречу
Последней минутке своей.
Глумились у хаты
Свои – не солдаты,
В похмельно-сивушном бреду,
Потешились «малость»,
Сестрёнка осталась
Лежать на заснеженном льду.
Лишь вздрогнуло тело,
И забагровела
Снегов голубых чистота.
А взор полицаев
Был непроницаем,
И в тусклых глазах – пустота.
Сестрёнка, родная,
Тебя я не знаю,
Ко мне не приходишь ты в сны.
Расстрелянной песней
Кружишь в поднебесье
Средь жертв миллионов войны.
Проносятся годы,
Как бурные воды,
Весною – летят журавли…
Я – в крошеве быта,
Но ты не забыта –
Мне имя твоё нарекли.