Она была моей любовью, скромница,
Я не успел назвать ее женой.
Забуду всё, а это будет помниться
И навсегда останется со мной.
На нашей свадьбе не было гостей,
Друзья, подвыпив, не кричали «горько»,
Февраль стелил пуховую постель,
Да метроном постукивал легонько.
И вдруг рвануло рядом, за углом,
И ты к тарелкам кинулась: скорее!
Пока мы оставались за столом,
По Ленинграду били батареи.
Потом я встал и вышел, ты спала.
Уже светало, улица горела,
И, затихая, в воздухе плыла
Трагическая музыка обстрела.