Всех похоронят времена
На склоне лет, природой данных:
Тех, чьи известны имена,
И тех, кто ходит в безымянных.

Я не был в бою,
А было их сколько!
Но в память мою
Вонзились осколки...

Идем вперед
В знаменах грозной славы,
Свинцом прошитых, вихрь степной поет.
Советский снова Малоярославец

Сколько мы потеряли близких!
Сколько братских могил вокруг!
Над могилами не обелиски –
Миллионы поднятых рук.

Живу…
Мне каждый день –
Награда,
Но сорок с лишним лет во мне...

Зимы здесь больше нет.
В разбитое окно
военная весна
к нам ворвалась давно.

Я – горожанка. Я росла, не зная,
Как тонет в реках медленный закат.
Росистой ночью, свежей ночью мая
Не выбегала я в цветущий сад.

Мы за церквушкой деревенскою,
У тихой рощи на краю
Хороним Лельку Воскресенскую,
Погибшую в ночном бою.

У нас у всех с войною счёты.
Шёл сорок первый горький год...
В разгар уборочной работы
Кружил над нами самолёт.

Ночи в августе!.. Звезды слетали на землю порой.
Над рекою бессонною наша столица дремала.
Называл я тебя утешающей душу сестрой,
Ты в ответ меня братом, лицо приподняв, называла.

Старенькая, в стираном халате,
С горькою улыбкою у рта,
Тихо няня ходит по палате,
Как сама земная доброта.

День и ночь над землянкой штабной
только дождь проливной.
Только стук
рассыпает, урча, пулемет –

Слепые подходят и трогают баки,
кружки
с пыльной мглой.
Облака – бродячие собаки –
бегут
над землёй.

Стёршаяся книжка записная
С алфавитом адресных листов.
Вот листаю и почти не знаю:
С кем, как прежде, встретиться готов?

Приходит почта. И конверты эти,
Что шлешь ты мне из дальней стороны,
Дороже и милей всего на свете,
Они тобой, любимая, полны.