Был близок май. И люди жили верой,
Что День Победы где-то недалёк.
Но шёл на смену солнечному серый,
Сырой, совсем не праздничный денёк.
По большаку, в тяжёлых клубах пыли,
Шли торопливо к западу войска.
Мы у бойцов, что в речке воду пили,
Тихонько попросили табака.
Они глядели на худые лица,
На одежонку, что была бедна.
– От рук отбились.
– Как тут не отбиться? –
Солдат солдату говорил. – Война!
И пусть сейчас она совсем негромко
До слуха доносилась – всё равно:
За похоронкой шла к нам похоронка,
А писем с фронта не было давно.
– Беда, и только! – И кисет с махоркой
Достал солдат. – Берите, ребятня.
Курите! – крикнул он с надсадой горькой. –
Войну закончим – будет вам ремня!
Так он напомнил нам: мы были дети.
И боль отца в его словах была.
И думал я, как дальше жить на свете,
И горько мне цигарка губы жгла.