С фотокарточки взгляд
проберёт до дрожи:
чей-то муж, чей-то брат
на моих похожи.

На «Дороге жизни» у Кобон
Ивы без раскидистых корон:
Срезана снарядами листва,
А на жизнь не отняты права.

Руками, огрубевшими от стали,
Писать стихи, сжимая карандаш.
Солдаты спят – они за день устали,
Храпит прокуренный насквозь блиндаж.

Опять – воспоминанья о войне…
Невесело и не спокойно мне.
Ещё десятилетье миновало,
Ещё мои защитники ушли…

…Мы падали. Никто не делал гроба.
И только, раскаленной добела,
В груди у нас не остывала злоба –
Она и поднимала, и вела.

Это было так давно,
Но и нынче не забылось.
Наступала, как в кино,
Злая сила, вражья сила.

Вот он стоит перед тобою.
Его пурга не замела.
Труба теснится за трубою,
Как будто рыцари толпою

Какие б песни мы ни пели,
Поем мы песни той войны.
Давно мы сняли с плеч шинели,
Но снятся нам все те же сны.

Сколько их было – Россия, ответь! –
Великих и малых противостояний.
И сколько раз попирали смерть
Ратоборствующие россияне!

Обычным был он и недлинным,
Твой боевой солдатский путь.
Ты был убит осколком мины
В ночном бою навылет в грудь.

Горька у старика судьбина.
А всё проклятая война!
Дала медали, ордена,
Но отняла жену и сына...

Гляжу всё чаще в телеящик,
Когда войну передают.
Хочу увидеть нас, тогдашних,
Увидеть молодость свою.

Никак не вспомню,
Есть ли в Орске церковь?
Дымил завод, трамвай спешил, звеня,
В посёлок Никель из кварталов центра…

Мать моя плачет, хоть фильмы – пусты,
нету в них правды, крикливы герои,
в новых шинелях с одною дырою,
в новых фуражках ползут сквозь кусты.

Здесь даже мелочи – не мелочи.
В России голод и война.
А ты?.. Два мальчика и девочка,
И мать больна, а ты одна.