Пришла посылка фронтовая.В ней вместе с мылом и едойЛежала шапка меховаяС пятиконечною звездой.
Читать
оставлен гроб на глиняный бугор.Последний миг пред вечностью разлуки.Глаза и губы, словно нам в укор,Навеки сжаты. И крест-накрест – руки.
Две розы, не успевших распуститься,стоят у койки, где лежал калека…Две девушки по порученью ЖЭКавчера их принесли ему в больницу...
Манёвры!– Начинаются манёвры! –Опять кричит газета на столе.Как змеи, где-то вновь ползут минёрыИ сто смертей приказа ждут в стволе.
Ты помнишь военную осень?Стучали под нами колеса.Густую зеленую озимьУдарило первым морозом.
Промерзший грунт грызет моя лопата.На подготовку времени в обрез.Спаси, земля, усталого солдатаПерстом судьбы и волею чудес.
Для мелкого в огромном места нет.Россия победила в сорок пятом.Пир начался. Мелькнуло много летВ Отечестве, Победою объятом.
Когда не станет в жизни силИ в мир иной уйду навеки,Кто больше всех меня любил,Пускай мои закроет веки.
Память военного детстваВсё отбивает такт…Баржа… Куда же ей деться?..Бомбы… И ал закат…
А военрук наш весел был,И юн, и ростом мал.И боевой мальчиший пылДушою понимал.
И тридцать лет после этой гибелиЯ работаю, спорю. Люблю. Живу.И ныне, губами шепча бесплотными,Глядит на меня мой убитый двойник
Он целый день сидит в квартиреи вышивает по канве.О нет, не пышные букеты,не кошечек и не щенков...
Лежат в земле солдаты –Ты надписи прочти:Одни и те же датыУ каждого почти.
Мальчишки сельские всё ждали чудаИ перемен. Мальчишкам повезло:К исходу дня неведомо откудаВоенные приехали в село.
Кольцо огневое все туже сжималось.Голодный, холодный, промерзший насквозь,На кромке земли, как скала, возвышаясь,Стоял Ленинград, наш могучий форпост.
Под чёрным плотным покрываломВ бессильном гневе и мольбеОно стонало и рыдало –И было мне не по себе.
Этот путь лежит с войны ВеликойПрямо на Берлин и на Потсдам.Женщины выходят с земляникойТочно к проходящим поездам.
Мне сохранила память ясноИ ту военную весну,И говорок вагонов красных,Печальный поезд сквозь войну.
Пахло пылью, шлачным перегаром,Ржавчиной военных дней, когдаЯ, окутан паровозным паром,С жадностью глядел на поезда.
Котельнич, Оричи, СтрижиИ вот Чухломинский разъезд*.Здесь, как слезу ни сторожи,Она глаза мои разъест.
Поле славы – поле Куликово –Множит славу озера Чудского!Поле Бородинского сраженья –Той же грозной силы продолженье.
«Дорогая мама!» – вывел паренёк…Рядышком с окопом – полевой цветок,Белая ромашка, как из мирных дней,Золотая пчёлка копошится в ней.
Жила-была с бабкой Катейсоседка Полина –стула повыше, пониже полатей,на заплате заплата...
Бабье лето, и бабы у сонной рекиВыколачивают половики.Пыль нечаянных троп, военных дорогОтпечатал тяжёлый солдатский сапог.
Здесь только станция дрожит.А так цветы и очень тихо.И жарко очень. В поле ржиЗлатятся сладко буквы – Льниха*.
И молодеет дед Ероха,Весь озарится блеском глаз –Услышит только звук гармошки,Увидит русский перепляс.
На волнах времени плывёт душа –То в прошлое, то в будущее глянет.Изрезанный морщинами судьбы,Подснежными следами испещрённый...
Где я рос?За излучиной Волги.С кем играл?С камышами речными.
Чтоб мы о них могли писать сонеты,Рожать детей и строить города,Они легли, тоскуя, в землю эту,В такую русскую, как никогда.
Помню ночь войны. Сверчки орали.Мне, мальцу, казалось в полусне,Что летит над вьюгами УралаСкатерть самобранная ко мне.
– Кто этот дядя в гимнастёрке? –У мамы спрашивала я. –Быть может, это Вася ТёркинС портрета смотрит на меня…
По всем статьям вполне обыкновенный.Фырчат машины, и грачи галдят.И с фотографий жёлтых, довоенныхПогибшие не горестно глядят.
Посередине всей России,На самом краешке села,Три пацана в избушке жили,А на земле война была.
Первый год многолетнего мира.На столе догорала свеча.Поспевала картошка в мундирах,Так желанна и так горяча.
Все стихи, Книга 1, Год не указан
Все стихи, Книга 2, 1945
Все стихи, Книга 3, Год не указан