Здесь, где стояли венгерские части,
Встал наконец-то мемориал.
Бог на органе незримом сыграл,
Чтоб улеглись волны мстительной страсти.
Припозднился. Лёг. Заснул легко.
Никаких кошмаров мне не снилось.
А потом проснулся оттого,
Что гроза в окно моё ломилась.
Чёрными потоками текла,
И от бесконечных взрывов грома
На куски рвалась ночная мгла.
Сразу неуютно стало дома.
И какой-то безотчётный страх
В подоконник заставлял вцепиться
И глядеть, как носятся впотьмах
Молнии – пылающие птицы.
В миг один всесилье обретя,
Смерть несут на крыльях непреклонных.
И всё ищут в зарослях дождя
Беззащитных, слабых, полусонных!
И увидеть страшно было дно
Этой ночи, этого разлива!
…Тонкий листик залетел в окно,
Прямо в грудь мне ткнулся боязливо.
Я окно закрыл. Но в тишине
Звуки грома слышались упрямо.
Взял таблетку. Принял. «Дай и мне», –
Еле слышно прошептала мама.