Обняв руками голову, порою,
Часами погружаясь в море дум,
Тебя я вспоминаю… Валит снег,
В окно стучится сумасшедший ветер…

Отцы окопное наследство
Ещё не приняли сполна,
А нам детдомовское детство
Уже готовила война.

Строгими солдатскими рядами
Дни прошли, мелькнули, словно тень.
Я скажу вам честно, между нами,
Не могу забыть я этот день.

На русской холодной равнине,
Среди замерзающих рек
Ещё не бывало святыни
Святее, чем сам человек.

Немеет муза.
Дышится с трудом.
Едва решается нога
земли коснуться – той земли,

Обочь просёлочного тракта
У полувысохших берёз
Людьми забытый старый трактор
Тяжёлой глыбой в землю врос.

Ты думал, фашист,
что, бросив моё голое тело
в хлад подземелья,
Ты все у меня отобрал...

Вспоминал Колотуша Иван,
Как он сватать девчонку ходил.
И не выпил, а будто бы пьян,
Как хмельной, с ней до зорьки бродил.

Кто взять Берлин,
кто голову сложить –
мужья ушли на фронт за ротой рота.
У вас была одна задача...

Там, где землю разорвал снаряд
И сочился кровью снег подталый,
Выросли берёзы и стоят,
Шевеля ветвями многопало.

На кручах, в парках, у вокзалов…
Железом, кровью и золой
Судьбина намертво связала
Солдат с родимою землёй.

Пять шагов оставалось бойцам до реки.
Больше тысячи верст – до Рейхстага.
Но прошли эти версты с боями полки,
К Волге больше не сделав ни шага.

Когда подолгу почтальонка Маня
Не навещала нашего крыльца,
Мать ставила к окну: – Зови отца,
Зови, сынок: «Иди домой, па-па-ня!»

Нацистами взят Париж…
На свастике Рим распят…
Ты в сердце людей горишь
Надеждою, Сталинград!

На позиции девушка
Провожала бойца,
Темной ночью простилася
На ступеньках крыльца.