Не сосчитать тревожных звёзд солдатских,
Которые остались от войны
На всех дорогах, на могилах братских,
Где спят Отчизны верные сыны.

В блиндаже по бревенчатым стенам уродливо мечутся тени,
Сжатый сплющенной гильзой, пугливо дрожит огонек.
В полутьме разложил я конверты
на сдвинутых тесно коленях

Если детство короче, чем надо,
Значит, молодость будет длинна,
Хоть в цветах обгоревшего сада
Всё ещё проступает война.

Над землёю ветер свищет лихо.
Вновь пришла осенняя пора.
Есть село Большая Лепетиха
На высоком береге Днепра.
Здесь большая битва громыхала.
Память нам о ней всегда хранить.
Здесь война такого напахала,
Что пришлось полвека боронить.
До сих пор ещё рубцы остались,
Словно землю судоргой свело.
Сотни танков растоптать пытались
Это украинское село.
Но убить железо не сумело,
И хоть жаль бесчисленных утрат,
Ожила земля, похорошела,
Даже краше стала во сто крат.
Над селом луна крадётся тихо,
Грустным светом сердце мне садня.
Мирно спит Большая Лепетиха
После тягот трудового дня.

Когда я вижу, как убитый
Сосед мой падает в бою,
Я помню не его обиды,
Я помню про его семью.

Угрюмый вечер в тишине окрестной
багряный тон на сизый тон менял.
Я синий снег лопатой поднимал,
бросал – и вдруг… далекий плач оркестра

Кто же скажет точно, кровь земли какая?
Родом из земли я, выжженной войной.
Землю я в воронках и руинах знаю,
С ней породнены мы памятью одной.

В пыльной шинели пришла я домой,
Только и дома не так, как было:
Ива под окнами стала немой,
А ведь когда-то она говорила.

Не забывай те грозные года,
Когда кипела волжская вода,
Земля тонула в ярости огня
И не было ни ночи и ни дня.

Где вы, солдаты из Тахтаброда*,
Те, что рожденья двадцатого года,
Те, что моложе, с двадцать второго,
Те, что лежат у Москвы или Пскова?

Снаряд упал на берегу Невы,
Швырнув осколки и волну взрывную
В чугунную резьбу, на мостовую.
С подъезда ошарашенные львы

Как зимы военные были люты!
Полвека живу я всё в тех же широтах
и жду ежегодно (не без маеты)
подобных тем давним...
Пустая забота!

Память военного детства
Всё отбивает такт…
Баржа… Куда же ей деться?..
Бомбы… И ал закат…

День и ночь над землянкой штабной
только дождь проливной.
Только стук
рассыпает, урча, пулемет –

Острый ветер морской озорует в палатах,
Шторы синие рвет. Тишина. Белизна.
И «ходячие» бродят по саду в халатах,
И халаты сидят на окопных ребятах