…Придет пора – про всех и всё расскажут.
Но кто-нибудь останется забыт,
О ком-нибудь и не узнают даже,
В каком бою, когда и где убит.

Я в плену в краю чужом, далеком!
Дни идут печальной чередой.
Далеко отсюда на востоке
Милый край и отчий дом родной.

Плакаты военного детства...
Всех
Родина-мать зовёт,
Как в том сорок первом... тревожном.

Неистребимо, звонко, дерзко,
Оно всегда живёт во мне –
Моё асфальтовое детство
На Петроградской стороне.

Отец в сырой земле
Думает обо мне.
Думает, став звездой,
Чтоб мог я идти во мгле.

Уходят совсем ветераны,
Редеют седые ряды…
Болят не телесные раны –
Болит у них сердце в груди.

Не сужу – какие есть заслуги,
О потерях ваших не сужу,
Ветераны. Я скажу о друге.
Я о друге нашем расскажу.

Меня нашли две вражеские пули
И грудь прожгли расплавленным свинцом…
Я рухнул, точно тополь в злую бурю,
И смерть склонилась над моим лицом!

Даст генерал заданье важное,
Его приказ непогрешим,
Опять тебе путями вражьими
Бродить под именем чужим.

Не привыкать солдату к жажде.
На фронте, помнится, однажды
Горячий был денёк!
Степь. Ни колодца, ни селения...

Сыновья сгорели в танке
В сорок третьем во году.
Их маманя, баба Таня,
Жизнь ведёт, как борозду,

Раздвигая меха нетугие,
Дед играет знакомый мотив
Про тревожные дни боевые,
Про товарищей павших своих.

Присяга стране, –
Я клянусь перед строем,
Что в священной войне
Буду только героем.

Мела позёмка, подвывая,
Как будто бы в дурном кино,
Не огневая – снеговая,
Но было страшно всё равно.

Четвёртый класс мы кончили в предгрозье,
Но мы о том не думали в тот год,
И детских санок лёгкие полозья
Неслись навстречу буре – без забот.