Восходят рассветы, сгорают закаты,
Не знает, не ищет земля тишины.
В трудах и тревогах седеют солдаты –
Герои давно отгремевшей войны.

Москва. Ноябрь. А между сосен
Во всей стремительной красе
Летит в дымящуюся осень
Волоколамское шоссе.

На родных полях завыли ураганы,
Тучи полегли над самою землей.
Огневым дождем встречать гостей незваных
Пробил час, товарищ боевой!

Сейчас, не очень далеко от нас,
идет такое дикое кровопролитье,
что мы не смотрим друг другу в глаза.
У всех – геморроидальный цвет лица.

Нищету мы и горе видели,
нас назвали детьми войны.
Стали мы детьми Победителей
под крылом победившей страны.

…С рассветом – бой. На карте – стрелы.
В высотку копья вонзены.
А ночь проходит по пределам,
Изрытым шрамами войны.

Когда, прошедший всю войну,
Седой, глазами молодыми
Он молча взглянет на жену
И медленно бокал поднимет,

Мерещатся во мраке,
Встают из дальней мглы
Военные бараки,
Холодные полы.

Смотрел на Днепр
Солдат после боя.
Он Днепра целовал бы
Лицо голубое.

Письмо в три угла, в два крыла, в две страницы,
Как только что с облака белая птица
В ладони к солдату, – и кажется, он
Вот в эту минуту – дома.

Я слышу это не впервые,
В краю, потоптанном войной,
Привычно молвится: немые, –
И клички нету им иной.

Нам, родившимся после войны,
Повидавшим, однако, немало,
Сорок пятого залпы слышны
В День Победы, девятого мая;

Стол накрывая, вспомнишь обо мне,
Пустует стул. В квартире одинокой
При мысли, что погиб я на войне,
Заплачешь ты одна в тоске глубокой…

Ты ненависть, которая жила
в моём отце,
во мне лишь просыпалась,
хотя в кинотеатрах не однажды...

Вокзал и перрон,
И понурые хаты.
С войны в эшелонах
Домой возвращались солдаты.