То ли ангел-хранитель устал,
То ли где-то на марше отстал,
Что случается, в общем, нередко,
Но в то утро, не зная о том...

Я их не разряжал, но в руках держал –
Разглядывал боеголовки
Из чёрной пластмассы,
Хвостатые стабилизаторы...

Я тётю Настю в поле встретил,
С почтовой сумкой шла она.
И разносил весёлый ветер:
«Война окончилась, война».

В огне бомбёжки,
В адском скрежете
Вдруг свет навек в глазах потух…
Так обострила тьма кромешная...

Я не хочу молчать стыдливо,
Во всём поддакивать хуле,
Хула крива, несправедлива
На хаты крайние в селе.

Лежит моя винтовка
У прошлого на дне.
Пусть божия коровка
Поползает по мне.

Сроднили нас друг с другом беды,
И жалко было мне до слёз
Друзей, которым в День Победы
Никто пилотки не привёз.

Наши души обожжены:
Все мы выросли из войны,
Из её катастроф и бед,
Из её кровавых побед.

Ой, земля сырая,
Расступись!
Обнажи заросшие могилы.
Столько боли сердце накопило!

Прибило роту минометным ливнем.
Зарылась рота в землю с головой.
Еловый корень – мамонтовым бивнем
Лежал в траве, упав передо мной.

В тот день
так ярко голубела высь!
От самых старших
и до меньших...

Смоляне-старожилы
Толпились у горы.
В лесу звенели пилы,
Стучали топоры.

Дымятся кровавые зори,
И трупы на каждом шагу.
Хотел бы я выплакать горе,
Да плакать уже не могу.

Фото увидали мы в музее:
в люке танка боевой комбриг.
Полчаса стояли и глазели –
неужели это наш старик?

Теченье жизни поворотом
Тебя относит вдаль,
а мне
Труднее стало с каждым годом
Стоять на этой стороне.