Жду тебя, хороший мой,
Очень крепко жду.
Жду уральскою зимой,
Жду весной в цвету.

Ранним утром под Москвой,
На дороге фронтовой
Повстречались два солдата –
Дети матери одной.

Нужна большая мера одиночества,
Чтоб не забыть ни имени, ни отчества
Солдата с перекошенным мешком,
С полей войны бредущего пешком...

Я жизнь люблю. И только перед нею
Склоняюсь, как пред матерью родной.
Я сын ее, я связан с ней теснее,
Чем дуб с корнями, чем трава с землей.

Мальчиком ушел он на войну…
Ветер белокурую волну,
Торопясь, погладил и повел
На огонь лесов, пожары сел,

Как я люблю людей родной России!
Они тверды. Их вспять не повернешь!
Они своею кровью оросили
те нивы, где сегодня всходит рожь.

Я давно не жалею нимало,
Что в село не летаю своё.
Мне достаточно мать рассказала
Про военное наше житьё.

Мы гурьбою толпились у хлева,
Каждый – с кружечкой голубой,
И ладони с горбушками хлеба
К ней тянули наперебой.

Вот и май пришёл. Войне конец.
Мир ликует в радости безмерной.
Ночью постучал в окно отец,
Встав с трудом из-под звезды фанерной.

Сестра милосердия Корнева Катя,
Как просто сказала ты, слезы из глаз:
«Свое отжила я…» …К великой расплате
Слова эти звали, печальные, нас.

Лишь зардеется день над горою,
Оседлайте, джигиты, коней.
Крылья наши, расправив, раскроем,
Понесёмся простором степей.

Посреди смертей
До больших побед
Говорил солдат:
– Больше силы нет.

Пуля, жизнь скосившая сыновью,
Жгучей болью захлестнула мать.
Некого с надеждой и любовью
Ей теперь под кров свой ожидать!

На фотографии я весь:
Босой, в штанишках, видом жалкий…
Какой там пыл. Какая спесь.
А рядом мама в полушалке.

Я дядю Андрея не видел с медалью,
И вешать-то некуда, хилая грудь,
Но помню кисет тот, на фронте подаренный,
Которым любил он у нас щегольнуть.