Улетели луга...

Улетели луга,
Улетели сады и леса…
И в колодезной мгле
Холода голубые стояли.
А бечёвочный змей
Навсегда уходил в небеса,
В облака, в облака,
Что снегами уже накипали.

(Ах, мамочка, милая мама!)

Пел слепой замполит
На ступенях сельмага о том,
Как под польским холмом
Закопал он глаза ледяные,
Василиса ему
Выносила казённый батон,
Опускала потом
На ладони его земляные.

(Ах, мамочка, милая мама!)

Из воды выходил
Полуночный голодный налим,
По низовьям Оки
Дымовая плутала истома,
А в глазницах у вдов,
Словно луны из голых долин,
Возникали глаза
Не дошедших до отчего дома.

5.0/5 rating 1 vote

Другие произведения автора

Война распяла детство...

Война распяла детство.
Оставила наследство:
Сухую ёмкость фраз,
Почти звериный глаз...

Солдат любим седой старухой...

Солдат любим седой старухой,
И молодой женой-стряпухой,
И малыми детьми…

Бьёт из пушки профессор физмата...
А детство где? – ищи-свищи!...

А детство где? – ищи-свищи! –
Засыпано бомбёжкой…
А я в мороженые щи
Врубаюсь гнутой ложкой.

Восход алел, как орденские планки...

Восход алел, как орденские планки.
Клонило в сон от свистов пулевых.
И пудреные статные германки
Толкались возле кухонь полевых.

Мама бела, как зима...

Мама бела, как зима,
Вся уместилась в халатике.
Сгинули, что ли, солдатики!..
Все посходили с ума!

.Война − жесточайшая проба...

Война − жесточайшая проба.
Но женщина любит − до гроба!..
Сопрела солдатская роба…
А женщина любит − до гроба!..

Да, были Ожеговы, Дали...

Да, были Ожеговы, Дали,
Россия оными горда.
Но словари в гробу видали
В те рукопашные года.

Вёдра, веники, пелёнки...

Вёдра, веники, пелёнки –
Мир барачный…
Где расту я, тонкий, звонкий
И прозрачный.

Сгорел в подбитом старом танке...

Сгорел в подбитом старом танке,
Останки вылизал огонь…
И мать на дальнем полустанке
В сундук поставила гармонь…

На соборе профиль прусский...

На соборе профиль прусский –
Благородный Бах.
А в камнях – солдатик русский
С кровью на губах…

Оставить комментарий

Вы комментируете как Гость.

Яндекс.Метрика