Нам не хватает, видно, хватки:
Дрова никак не колются.
А у Петровой, у солдатки,
В избе похлеще полюса.
Я не был на фронте, но был на войне.
Враг оголтелый стрелял и по мне.
Он целился, злобно оскаливши пасть,
Чтоб мне обессилеть, сломаться, упасть.
И целился снова, чтоб я уж не смог
Подняться и встать за токарный станок.
Я не был на фронте, но был на войне.
Пуля фашистская есть и во мне.
Моя седина – омертвелые беды.
Я помню солёные слёзы Победы.