Среди тостов всех велеречивых,Что поднять той ночью нам дано,Я хотел бы выпить молчаливоНовогоднее свое вино
Читать
Как будто костры постовые,Огни ратной славы цветут!Солдатушки – вечно живые,Где косточки ваши гниют?
Когда, чеканный шаг равняя,идут солдаты на парад,я замираю, вспоминая,что был на свете мой солдат.
Прошла война, ушла за поворот,В чехлах стоят гвардейские знамёна.И жизнь, и время движутся вперёд,Отстали только двадцать миллионов…
Эшелон на станции Зырянка*,Уходя хвостом за горизонт,Поглощал своей утробой танки.Здесь, в тылу, и начинался фронт.
Ночами бродит по селениям тревога,Оповещая замерзающих солдат,Что, распростершись на заснеженных дорогах,Полки немецкие разбитые лежат.
Дела давно минувшей старины,Столетья прошлого кровавые страницы.Бог миловал меня от той войны,Но подарил возможность в ней родиться.
И снова с полямать моя вернулась.Свалила с плеч худыхвязанку сена...
Чередою пружинящих строчек,Языками древесной молвыРвутся в мир из берёзовых почекТреугольнички первой листвы.
На юг, на юг стремятся птицы.Шурша опавшею листвой,Шагают с песней пехотинцыПо каменистой мостовой.
Я очень люблю картошку.Картошку жёлтую,Картошку красную,Картошку чёрную, из костра…
Враг наступал, и в блиндажеПолным-полно убитых наших.Еще держались, а ужеОн видел «без вести пропавших».
И видели люди, и видел Бог,как оно над землёй взлетело,как весть о победе грядущей,как символ бессмертия, как
Здесь облако в небе плывет надо мною,как память, плывет и не тает вдали.И город прекрасный спускается к морю.И волны качают мои корабли.
Прости нас, конница, прости.Мы без тебя войну закончим.Прости за то, что мы прошли,А ты осталась у обочин.
Она при встрече людям говорила:– Какие ж были у меня дела…Я никогда в разведку не ходилаИ самолёты в небо не вела.
Если б сердце плавилось от слез,У меня б расплавилось оно.Будь слезам дано смывать жилища,Стала бы бездомною давно.
Плачет мать. Неуютно ей, плохо.Плохо было и маме моей,Что ждала до последнего вздохаНе пришедших с войны сыновей.
Уже давно пришли с войны солдаты,У тех солдат растут свои сыны,А в этот дом, все перепутав даты,Еще военные стучатся сны.
Мать послала к сыну думыРанней ранью;Возвратились эти думыК ней ветрами.
Мать или родина? Кто милей?Праздный вопрос для умных людей.Обе дарят молоко и мед,Обе вскормили нас грудью своей.
Ботинки выпачканы грязью,мы шли как будто бы во сне,как будто всё это в рассказе,а не в действительной войне.
Долго девушка глядела –у танкиста грудь горит.– За какое ж это делонаграждали? – говорит.
Помнишь те ночи, дождями омытые?Помнишь бойцов, что стонали в углах?Лица суровые, пылью покрытые,С отблеском боя в бессонных глазах.
Ты помнишь, как мельница эта гудела,Как хищно вертелись ее жернова?Младенец грудной и старик поседелыйК нам руки тянули из смертного рва.
Наш зестафонский поезд раннийстал у последнего столба, –и это утро мне судьбассудила для воспоминаний.
Меня играют на экране,Вот я ползу, вот я бегу.А вот уже в атаке раненИ распластался на снегу.
Мёрзлая озимь лежит за траншеями.Свищет над степью картечь.Воины, воины с тонкими шеями,Как же вам жизни сберечь?
Нам идти далеко...Окружили снега ворохами,Навалилась метель,Холодных холмов намела.
Мимо Александровского садаМатери из дальних сел идут,Своего российского солдатаВаней, Петей, Колею зовут.
Минуло тридцать лет, потом и сорок,А кажется – вчера с войны пришел.Был этот путь и короток и долог,и невесом, и всё-таки тяжел.
Перед тем,как о чем-то сказать в День Победы,я долго молчу,словно слушаю гром канонады,
Мы под одним и тем же небом синимС тобою, брат мой, были рождены.Мне говорила мать: «Брат – на чужбине,Бежал от распрей из родной страны.
Мне довелось в составе войскаПройти румынские поляИ у советского посольстваСменять охрану короля.
Мне кажется сейчас, что знаю яВсех, кто живет в моей большой стране.Я знаю их в лицо, я знаю голос их.Я подойду к окну – и слышу далеко,
Все стихи, Книга 1, Год не указан
Все стихи, Книга 2, 1945
Все стихи, Книга 3, Год не указан