Помнишь, это было в сорок пятом:Целый мир Победою дышал…Не мальчишкой – боевым солдатомЯ груди твоей тогда припал.
Читать
Накрутила военная вьюга,До сих пор не сойдутся концы…Ищут по миру люди друг друга:Сёстры-матери, братья-отцы…
Над холмами звень.Над холмами, над светлым жнивьем…Этот день, этот памятный день,Он останется в сердце моем.
Меня война в развалины вела,Но, контуры живые обретая,Вдруг возникали, полные тепла,Осенние пейзажи Левитана.
Логика ножа –Это деление.Он всё делит на два.Логика клея...
Сын к матери и добрый, и внимательный.У самого уж внуки. Хлебосол.Садятся в День Победы замечательныйЗа стол.
Дойчкомендант – бюрократ и фашист –Вызвал к себе бургомистра-иуду:– Слушайте нас, господин бургомистр!Надо сказать православному люду:
От Фонтанки декабрём блокаднымвдоль разрух к Никольскому соборумать идёт (а я ещё «за кадром»)и несёт подарочек с собою.
В том победном году сорок пятомШёл вернувшийся с фронта солдат.Я не мог восхищённого взглядаОторвать от блестящих наград.
Дома помнят – останешься жив.Невеселое утешенье.Вот, над нами чуть покружив,«Мессершмит» пошел на сниженье.
Я жил в года мучений жуткихНа пытки отданной земли.Шли волны войн, а в промежуткахПриготовленья к войнам шли.
Когда в его окоп метнулось пламя,Он заживо горел, но не ослеп.Он и сейчас всё теми же глазамиПривычно зарабатывает хлеб.
Мой отец погиб за Ленинградрядовым солдатом без наград,похоронен был в окопе тесномна пригорке, ныне неизвестном.
С холодной злобой, тайным страхом,Чтоб прошлое забыть сполна,Они стирали с плит РейхстагаСолдат советских имена.
На деревьях повис рассвет,Неподвижный и серый……Это было за много летДо новой эры.
В госпитальных суровых палатахМы подолгу лежали пластом.Вышивать нас учили девчатаСтебельком и болгарским крестом.
Гранаты в деле. Мы – в атаке.А за спиною – дня рассвет…Тот бой потом мы звали дракой,Названия другого нет…
Рукупритянувк бедрупотуже
Пропыленные клены и вязы.Виноградные лозы в росе.Батальоны врываются в ЯссыИ выходят опять на шоссе.
На чей-то зов, на чей-то светдорогой звёзднойиздалека, по руслам лет,приходят вёсны.
В детстве меня спрашивали:– Почему ты русая?В детстве отвечала я:– Потому что русская!
Поднимались на такие кручи,Где никто еще не проходил.Под ногами проплывали тучи,Друг от бездны друга отводил.
За что солдаты проливали кровь?В боях за Русь Святую в поле бранном…Они все умирали за любовь,За верность получали свои раны…
После боя у холма крутого,Где друзьям с земли уже не встать,Ты меня нашла полуживого,Русская заботливая мать.
На поле боя, кровью истекая,Упал отец,Уткнувшись в снег лицом…И в тот же миг...
Опалял мороз, как пламя, лица.Шли мы, терли щеки на ходу…Встретился я с ними у столицыВ сорок первом грозовом году.
Наш дом хотели сжечь в огне…Дремавший до поры,Дух встрепенулся вдруг во мнеИ погасил костры.
Погруженыв томительный мороз,Вокруг меня снега оцепенели!Оцепенели маленькие ели,И было небо тёмное, без звёзд.
Ты прекрасна в избе,Холодильника белая глыба...И тебя навсегдаПрописала простая изба.
Овеянный славною былью,Идет он, упорен и строг.Дорога вздымается пыльюОт русских солдатских сапог.
На бал в Кремле его не приглашают –Там те, кто не носили сапоги.А он в них шел в Берлин через ВаршавуИ возвратился с фронта без ноги.
Однажды на покосеОтец рубаху снял.Народ всего колхозаРаненья увидал.
Русский солдат и немецкая девушка…После шести разлучальных декадВновь обретённую бабушку дедушкаНежно целует – и я за них рад…
Мы ели русский хлеб по-русски,Присев на камень у межи.Без жалости свои нагрузкиВалила нам на плечи жизнь.
Гром пушек смолк. Победным светом вещимОзарены просторы нив, полей и рек.И первого, кому мы рукоплещем,Мы называем – русский человек.
Все стихи, Книга 1, Год не указан
Все стихи, Книга 2, 1945
Все стихи, Книга 3, Год не указан